Конструктор (СИ)

В октябре по стране прокатилась ошеломительная новость — Совнарком объявил о постепенном переходе на семичасовую рабочую неделю. Указа пока не было, но уже сообщалось, что в ближайшие пять лет этот переход должен быть осуществлен. Народ принял известие ликованием. Большевики и пришли к власти во многом обещая то, что будет сокращаться рабочая неделя, и пока делом подтверждали свои слова. Упоминание о пяти годах перехода было не случайным. Еще в апреле шестым съездом был утвержден принцип пятилетнего планирования.

Первая «пятилетка» должна была начаться с 1928 года, а сейчас прорабатывался план по развитию народного хозяйства на этот период под руководством Куйбышева и Кржижановского.

Отец был очень воодушевлен этим постановлением, хотя и суеверно поплевывал через левое плечо.

— Решение хорошее, — делился он со мной, — но не знаю, получится ли. Обещают сохранить заработную плату, но все ли получится? Сейчас вот еще хотят ввести план на пять лет. А если мы не будем успевать его выполнить? При царе обязательно бы штрафы полетели, на сверхурочную оставили… Как сейчас будет? За семь часов всяко меньше сделаешь, чем за восемь.

"

"Его понять можно. Он не просто рабочий, а бригадир — с него и спрос больше. Я мог лишь надеяться вместе с ним, что проблем с этим переходом не будет. А сам помнил, что в будущем восемь рабочих часов были нормой. И когда даже было предложено не просто сократить рабочий день до семи часов, а и вовсе заменить пятидневную рабочую неделю на четырех дневную, она так и не была принята.

Главная причина, которая высказывалась в моей прошлой жизни — это сильно повлияет на экономику в сторону ухудшения. Правда или нет — понятия не имею. Все же я тогда при капитализме жил, а собственникам предприятий не выгодно было, чтобы подчиненные работали меньше. Как уж тут получится — покажет лишь время.

Учеба в университете была достаточно интересной. Все же новые для меня предметы были почти повсеместно.

Особенно это касалось лекций по линии высшей партийной школы. Она не была «школой» в полном понимании этого слова — я бы назвал ее курсом лекций, к тому же не слишком длинный, все лекции должны были уложиться еще в первые полгода учебы. В основном там давали знания по трудам Маркса и Энгельса, а так же товарища Ленина. Школа формировала идеологию страны, которую в последующем должны были нести массам ее ученики.