Тротт следил за тем, как двигается принцесса, готовый подхватить ее, но она уверенно спрыгивала вниз с камня на камень или планировала на крыльях. Она была угрюма и чумаза до невозможности, но смотрела не только себе под ноги, а вполне ответственно держала в поле зрения возможные опасности.
Что не мешало ему страховать ее.
Она так повзрослела, что это пугало — в лице не осталось ничего юношеского, оно заострилось, стало жестче, и движения стали скупыми, без мягкости и расслабленности, присущими ей на Туре.
Хотелось на нее смотреть. Однако он тоже смотрел не только на нее, но и вокруг, и слушал — чуткий слух пока улавливал в лесу только животных, но пару раз они уже натыкались на следы вражеских отрядов.
— Поглядите, — тихо откликнул ее Тротт перед одним из спусков. — Стоянка иномирян, — он кивнул на кострище, закиданное землей, на кости, перемолотые крысозубами, примятую траву.
Она кивнула, показав, что поняла, и тут же оступилась на камне — чуть не упала, сохранив равновесие взмахом крыльев.
Четери оглянулся.
«Выдержит?», — читалось в его взгляде.
Тротт покачал головой и проговорил Алине:
— Отойдем подальше оттуда, где оставили наши следы, и устроим привал.
— Жаль, нельзя никого зажарить, — хохотнул Чет, которому в руки только что чуть не прыгнула маленькая косуля.
Принцесса нервно махнула рукой, примеряясь к уступу.
— Я потерплю, лорд Макс. Поем на ходу. Лучше поскорее дойти. А вы думаете, наши следы еще не затянуло?
— Должно, но я бы на это не рассчитывал, — ответил Тротт, протягивая ей снизу ладонь.
— Они ведь должны думать, что мы погибли? -— она схватилась за нее и спрыгнула.
— Нам все равно нужно действовать так, будто нас еще ищут, — продолжил он, когда они уже укрылись под широкими кронами толстенных папоротников. — Если мы настолько нужны тха-норам, что ради нас подожгли лес у лагеря, если за нами отправился охотиться один из богов, то, полагаю, они успокоятся, только обнаружив наши тела.