… То бесконечно шла она по хлюпающей грязи, раздвигая речную траву, то картинка менялась — и опускалось сверху гигантское копье бога-Омира…
… Следом отчего-то оказывалась на Туре, и видела, как колдует рядом Димка Поляна, наблюдала свои руки — огромные, с широкими ладонями, — с которых срывается ввысь поток стихии и над головой образуется большая туча, видела страшных невидши и тха-охонгов… Стрелковского с оружием, кровь и грязь, снова Димку — раненого, окровавленного у туши инсектоида, снова свои руки, в крови друга…
…То слышала свой голос: «Матвей, мы дошли, дошли», а руки снова становились тонкими, девичьими — вот только держали они нож, и снова и снова убивала она во сне человека, чувствуя, как кровь его струится по ее коже…
…Но когда сердце начинало выпрыгивать из груди и ей хотелось кричать, сон вдруг окутывало золотистое сияние, и тогда они хохотали с Полей, бегая по яблоневому саду, или сидели за столом с сестрами, или держала она за руку лорда Тротта и он смотрел на нее нечитаемым внимательным взглядом…
…И в сердце становилось тепло и легко, и прочь отступали страх и боль.
…Пока не накрывало ее ощущение невыносимого одиночества, непоправимого, страшного — и не рыдала она на больничной койке, глядя на недвижимое тело рядом?
…И снова словно кто-то мягким теплом накрывал ее сердце, заставляя кошмар покрываться дымкой, верить, что этого не будет, не случится, что не может случиться!..
Кто знает, отчего она проснулась? Был это птичий крик или легкий звук шагов, или ощущение чьего-то взгляда, который мягко выдернул ее из сна, заставил глубоко вдохнуть свежий, пахнущий сочной древесиной и травой воздух?
Так ей было хорошо и спокойно, что Алина повернулась набок, накрывшись горячим крылом, и продолжила нежиться и потягиваться на твердой лавке, не открывая глаз и слушая, что происходит вокруг.
Она втянула носом воздух.
Она снова глубоко вдохнула — и ощутила сладковато-кисленький ягодный запах. Приоткрыла один глаз, прижавшись щекой к лавке — и увидела на полу у своей лавки деревянную плошку, на которой лежал скрученный плотный папоротниковый лист, заполненный ягодами.
Алина улыбнулась и часто заморгала, садясь на лавке.