— Почему они вас боятся, а меня нет? — спросила она у подполковника Свенсена, который в один из дней выехал вместе с королевой, чтобы лично проверить место, где она гуляет.
— Вы супруга сына Хозяина Лесов, ваше величество, — добродушно пояснил комендант замка Бермонт, цыкая на наглую белку, примеряющуюся, как бы прыгнуть с сосны на королеву. — Ему подчиняются все звери. Они чувствуют это и идут к вам, несмотря на то что и вы, и Демьян пахнете хищниками, как и мы.
Полине скоро надоели снежки, и она поднялась, решив пройтись и подумать, чем заняться завтра.
Однако Полина точно знала, что сейчас не время мешать ему.
Она шагала по скрипящему, кое-где оплавленному весенним солнцем снегу, а охрана, рассыпавшись, неслышно закрывала ее от возможных злоумышленников. Было тихо. Тронутый только звериными следами снежный покров сверкал белизной, и Поля снова погрузилась в ощущения того, как течет к ней первородная энергия, свежая, чистая…
— Королева.
Раздалось рычание, глухие ругательства. Полина с удивлением подняла голову, щурясь на ярком солнце — гвардейцы шагах в двадцати сбоку от нее крутили руки голому обросшему мужику.
— Королева, — снова позвал он яростно. Его швырнули на колени.
Она еще сощурилась, приставила ладонь козырьком к глазам и шагнула вперед. И с удивлением узнала в скрученном дикаре главаря заговорщиков Ольрена Ровента. Сейчас он скалился и утробно ворчал, стоя с заведенными за спину руками, но вырваться не пытался и, кажется, совсем не чувствовал холода.
— Мне нужно поговорить с тобой, — рычаще рявкнул он.
— Ваше величество, не подходите к нему, — предупредил командир группы охраны. Гвардейцы окружили королеву, защелкали затворы автоматов. Часть бойцов прочесывала лес. Им и так попадет от Свенсена, что не заметили Ровента, подпустили близко. Будь у него оружие — вполне мог бы выстрелить или метнуть нож.