И поверьте, найду такие слова, чтобы он меня услышал.
– Не сомневаюсь, – язвительно усмехнулся Алекс и отвернулся к окну.
Остальную дорогу ехали молча. Эмоциональная вспышка утомила обоих, но вскоре утихла. Нормально разговаривать они не умели, даже не пытались услышать друг друга. У каждого была своя правда. Алекс искренне хотел помочь ребенку добиться успеха в жизни, а Лиза не желала делить единственного сына ни с кем. От одной мысли о том, что придется расстаться хоть на время, становилось дурно.
Въехав во двор Алекса, Лиза заглушила машину. Это решение пришло к ней спонтанно, во-первых, не хотелось, чтобы Максим видел ее за рулем машины Алекса, а во-вторых, все же сострадание к больному никуда не исчезло. Она понимала, что доехать до дома ему будет сложно.
– Надеюсь, дальше вы сами справитесь? – язвительно спросила Лиза и выбралась на улицу.
– Не сомневайтесь, – в тон ей ответил он.
– Ну и славно. Жень, просыпайся, – распахнула заднюю дверь и несильно потрясла сына за плечо.
– Что, приехали уже? – Мальчик открыл глаза и сонно потянулся. – Где это мы?
– Пойдем давай домой, папа ждет, – поторопила Лиза, сделав акцент на слове ""папа"", и усмехнулась, перехватив колючий взгляд Алекса. Забрала из багажника их сумку и стала ждать Женю.
– До завтра? – спросил мальчик, глядя на Алекса.
– Конечно. – Он попытался улыбнуться, хотя поводов было мало.
– До свидания, Елизавета Андреевна, – крикнул Алекс, открыв окно.
– И вам всего доброго, – ответила Лиза. Закинула сумку на плечо, взяла сына за руку и направилась к выходу с территории.
Глава 20
Оставшись один, Алекс откинулся на спинку и прикрыл веки. Дорожная перепалка с Лизой отняла последние силы, опустошила его морально и физически, хотелось просто расслабиться и ни о чем не думать. Но он не мог. Невольно вспоминал ее горящий синим пламенем взгляд, едкие, будто ядовитые стрелы, слова и неукротимую, неудержимую решимость.
Но Лиза на этом не остановилась. Словно почувствовав его уязвимость, добила издевательским напоминанием о ждущем ее муже. Стерпел. Мужественно и спокойно. Ни один мускул не дрогнул на лице, хотя внутри извергался вулкан негативных эмоций.