– Он ее даже не видел ни разу, – возразила Элис. – А с вами согласился, чтобы лишний раз не спорить.
– Это неважно.
– Пожалуй, вы правы. – Она была вынуждена согласиться. Отец Царева во всей этой истории не принимал участия, как, в общем-то, и не имел права голоса, всегда соглашался с женой во всех вопросах.
– Если разбор грехов закончен, не смею больше задерживать, – фыркнула Ирина Борисовна и, вновь отвернувшись к окну, прикрыла глаза. Элис и без того жутко раздражала ее, а сейчас и вовсе выводила из себя настолько, что от злости сводило скулы.
– Ну что вы, я только начала, – лилейным голоском известила Элис и по-деловому закинула ногу на ногу. Интуитивно почувствовала, что Царева на взводе, осталось только дожать ее, и вся правда выйдет наружу.
– С чего ты взяла, что я захочу продолжать этот бесполезный разговор? – Металл в голосе мог напугать кого угодно, но только не Элис.
– О, да я даже уверена, что не захотите, но придется, – констатировала она и довольно улыбнулась. Кожей ощущала неприязнь, но не намерена была уступать ни на йоту.
– А ты самоуверенная. – Ирина Борисовна развернулась и в несколько шагов сократила расстояние между ними. – Только глупая. Ты ничего не добьешься – уходи, не трать время.
– Времени у меня предостаточно, как, в общем-то, и доказательств.
– Каких еще доказательств? – Ирина Борисовна не сдержала кривую усмешку. – Чего?
– Мне доподлинно известно, что Краснова перевела на ваш счет большую сумму денег на лечение Жени. Может, ответите, почему он об этом ничего не знает? – Элис внимательно следила за реакцией и отмечала малейшие изменения в поведении.
Царева мгновенно побледнела, но смогла справиться с собой и, будто проснувшись, яростно принялась защищаться:
– Это ее грех! Она моего сына погубила! – Эмоции захлестнули, выдержка дала сбой, ее отчаянно понесло на волнах гнева.
– Лиза приходила в больницу? – удивилась Элис, едва выровняв дыхание. Такого поворота она никак не ожидала. Весь ее безупречно собранный пазл разлетелся на куски и дополнился новыми деталями.