– Ну, допустим, и что? – Царева снисходительно усмехнулась и сложила руки на груди.
– А то, что вы в очередной раз всех обманули, – спокойно констатировала Элис и, подойдя к окну, устремила задумчивый взгляд куда-то вдаль. Внешняя невозмутимость с лихвой компенсировалась бурей, бушевавшей внутри. Так хотелось сорваться, наорать, высказать этой женщине все, что о ней думает, но понимала, что это бесполезно. Царева погрязла в собственном эгоизме и тщеславии.
– Что ты собираешься делать? – Ее голос вновь зазвучал ласковой песней, отчего Элис неприятно поморщилась.
– То, что должна. Женя узнает правду, хочется вам этого или нет.
– Я прошу тебя не рассказывать ему… пока… – не унималась Ирина Борисовна, осторожно прощупывая почву. Ей нужно было выиграть время для маневра.
– Почему?
– Я сама все ему расскажу.
– Простите, но нет, – твердо ответила Элис и шумно выдохнула. Тяжкий груз ответственности за чужую тайну давил на плечи, но она не позволила себе струсить и отступить.
– Ты ничего не расскажешь моему сыну. – Услышав злобное шипение, она обернулась. Ирина Борисовна слишком поспешно для умирающей спрыгнула с кровати и подошла к ней. – Иначе заодно придется рассказать о том, что ты спишь с его отцом.
– С чего вы это взяли? – Элис удивленно округлила глаза. Невольно подумала, что Андрей рассказал, но быстро отмела эту мысль – он не стал бы усугублять ее состояние.
– Я далеко не дура, давно догадалась.
– В жизни не поверю, что вы все время это терпели.
Элис с достоинством выдержала гневную речь, но ни один мускул не дрогнул на ее лице. Не собиралась оправдываться перед этой женщиной, да и вины не чувствовала.
– Почему нет? – Ирина Борисовна равнодушно пожала плечами. – Так всем было удобно. Бесплатная проститутка и никакой заразы в доме. Поэтому и устраивать разборки ни к чему.
– Хорошая позиция. – Язвительный комментарий сорвался с губ Элис.