Но увидев, что скрывается за занавесом, непроизвольно вскрикнул и забился в своих путах. Да, он видел такое на картинках и даже порой мечтал применить на деле, но не в отношении себя. Плетки, ошейники с металлическими шипами, целая куча веревок, кляпы, огромных размеров фаллосы, какие-то шары и много всякой всячины.
Ужас затопил его с ног до головы, и как только незнакомец подошел, он стал извиваться всем телом, пытаясь совершить невозможное – вырваться и сбежать куда подальше от того, что его ждало.
– Можешь не стараться, – произнес мужчина, взяв короткий хлыст.
Мужчина медленно подошел к Максу, будто смакуя ужас в глазах жертвы, впитывая его всем своим существом и наслаждаясь. Поигрывая хлыстом, резко протянул руку под балахон Макса и сжал член, отчего Краснов снова взвизгнул, а потом слегка размахнулся и ударил.
***
Весь день Лиза провела словно в тумане, постоянно прокручивала в голове разговор с Элис и никак не могла принять неизбежное. Отказывалась верить, что Царев решил ее бросить, но факты говорили сами за себя. Она отчаянно пыталась понять его, но ничего не получалось. Перед глазами то и дело возникали разные картинки, одни старые, словно на выцветшей пленке – бережно хранимые ей воспоминания десятилетней давности.
– Да какого черта?! – возмущенно воскликнула она, не желая соглашаться с решением Царева и, достав телефон, вновь набрала его номер. Ничего не изменилось – абонент по-прежнему был недоступен.
Злость все больше набирала обороты, заставляя ходить из угла в угол и громко возмущаться, выплескивая негативные эмоции. Гнев был таким сильным, что хотелось крушить все вокруг. Лишь осознание, что это ничего не изменит, немного остужало пыл.