Мои чувства к Дэйву были настолько сильны, что я не могла спокойно дышать, когда он находился так близко. Его взгляд, запах и теплое дыхание, согревающее покалывающую от мороза кожу на моем лице, могли бы запросто заменить мне – кислород, еду и воду.
Я думала, что никогда больше не почувствую себя живой, но Дэйв нашел меня и воскресил.
Мое сердце забилось с новой силой.
Для него.
– Я тебя ненавижу, – прошептала я ему в губы. – Но еще сильнее – люблю.
Глава 47
Дэйв набросился на мои губы, сметая все возводимые мною барьеры, подобно цунами.
Если Каллахан решит трахнуть меня прямо здесь, в этом заснеженном переулке, я беспринципно отдамся ему, не задумываясь.
– Где твоя машина? – задыхаясь, спросила я.
– На платной стоянке в двух кварталах отсюда.
– Ого…
Дэйв нехотя оторвался от меня и сдвинул брови.
– Микки, я не мог подъехать к этой тошниловке на своей тачке, – пояснил он.
– В следующий раз спрячусь получше.
– Следующего раза не будет никогда, – отрезал Дэйв, хватая меня за руку.
Спустя пятнадцать минут мы уже сидели в его машине. В салоне было тепло, поэтому я расстегнула куртку, сбросила ботинки и забралась с ногами на сиденье. Дэйв негромко включил музыку и наклонился ко мне, чтобы снова поцеловать.
– Поверить не могу, что ты рядом, – прошептал он мне в губы.
Каллахан смотрел на меня, как Джек Воробей38 на «Черную Жемчужину»39. Его любовь была такой же осязаемой, как легкий летний ветер, жар от горящего камина или декабрьский мороз.
Меня переполняло счастье.
Может, я сплю?
– Дэйв, – спохватилась я, когда мы уже въехали в лес, – а как же мои вещи? Их нужно забрать.
– Документы при тебе? – нахмурился он.
– Да, в рюкзаке.
– Значит, ничего не нужно забирать. Все твои вещи ждут тебя дома, милая, – он неожиданно широко улыбнулся. – Когда Эш узнал, что я вычислил адрес твоей работы, он на радостях отправился на грандиозный шоппинг. Так что твой до отказа забитый шкаф сейчас выглядит так, словно в него наблевали радугой.
Я рассмеялась.
– Господи, как же я соскучилась по нему!
– Сильнее, чем по мне? – рука Дэйва скользнула по внутренней стороне моего бедра и крепко сжала его.