– Дай пройти!
– Так это твое навороченное корыто стоит возле нашего дома? Знаешь, дружище, в постели она, конечно, бревно, зато отсасывает первоклассно.
Меня ослепила пелена из слез. Размахнувшись, я со всей силы залепила ему звонкую пощечину. Лицо Скотта исказилось от гнева. Он замахнулся, чтобы ударить в ответ, как делал сотню раз до этого, и я зажмурилась в ожидании знакомой боли.
Но ее не последовало.
Распахнув глаза, я увидела, как Дэйв сжимает своей рукой кулак Скотта, а затем резко выворачивает его.
Мое сердце сжалось от страха.
Дэйв ослабил захват, и О'Брайан начал медленно оседать передо мной на колени, прижимая к груди сломанную руку.
– Идем, – холодно велел Дэйв, подталкивая меня в спину.
– Останься, Микки, – послышался тихий голос Скотта. – Мы еще можем все исправить.
Проходя мимо, Дэйв наклонился к нему и тоном, от которого по моей спине прошел озноб, сказал:
– Приблизишься к ней – сломаю и вторую.
– Постой, – окликнула я Дэйва, когда мы подошли к машине. – Мне нужно позвонить миссис Холс и дождаться ее здесь.
Дэйв забросил чемодан в багажник и вопросительно посмотрел на меня.
– Это знакомый врач, – пояснила я, вытаскивая из кармана мобильник. – Она поможет Скотту с рукой. Понимаешь, у него нет страховки и…
– Нет страховки? – переспросил Дэйв, захлопывая багажник. – Тебе этого неудачника что, на сдачу в супермаркете дали?
Я закатила глаза и приложила телефон к уху.
– Ты… Ты что себе позволяешь?! – заорала я.
Дэйв молча закинул меня к себе на плечо, поднес к машине, распахнул дверцу и усадил на переднее пассажирское сиденье. А затем, как ни в чем не бывало, сел за руль и завел мотор. Я была настолько шокирована его поведением, что даже не знала, что делать дальше.
– Ты полоумный? Какое ты имеешь право портить чужие вещи, кретин?
– Следи за языком, Микаэла.
– Ты хоть понимаешь, что только что сломал человеку руку?
– Он хотел ударить тебя, – лед в голосе Дэйва резал мне уши. – И судя по твоей реакции, это было не в первый раз.
Невидящим взглядом я уставилась в лобовое стекло, вспоминая наши со Скоттом отношения. Но в голове, как на зло, вспышками проносились лишь самые страшные эпизоды.