Ей потребовалось некоторое время, чтобы осознать, что он говорит о ее парике, представляющем собой улучшенный образец того, который она носила на протяжении последних десяти лет. Она не могла решить, чувствовать ли ей себя польщенной или оскорбленной, поэтому просто фыркнула:
— Хочешь сказать, что я себе и парика выбрать не в состоянии, а?
— Я никогда не стал бы подвергать осуждению ваш интеллект, мадам, — нараспев произнес он, весело сверкая глазами.
Леди Бенборо подавила ответную улыбку. Макс был таким бескомпромиссным распутником, что его манера поведения распространялась на все сферы жизни.
— Уилсон поехал за девушками. Они прибудут с минуты на минуту. Если, конечно, вовремя собрались.
Она наблюдала за тем, как ее племянник внимательно осматривает комнату. Наконец, он выбрал хепплуайтский[5] стул и элегантно на него сел.
— Надеюсь, тебе все нравится? — Она обвела комнату широким жестом.
— Я тоже не представляю, — согласился Макс. — А что касается остальной части дома?
— Везде безукоризненный порядок, — заверила леди Бенборо и добавила: — Я обдумывала проблему подбора мужей для девушек. Поскольку у каждой из них имеется большое приданое, не думаю, что это будет трудно, даже если все они рябые и косые.
Макс слегка кивнул:
— Разбираться с охотниками за богатыми невестами предоставьте мне.
"Августа также кивнула в ответ. Одно из качеств, особо ценимых ею в Максе, было то, что он все схватывал с полуслова, избавляя от необходимости пускаться в длительные объяснения. То, что сестры Твиннинг стали его подопечными, означало, что они будут избавлены от внимания менее добропорядочных членов общества. Новый герцог Твайфорд являлся большим специалистом в подобного рода вопросах.
— Если девушкам не нужна дополнительная подготовка, думаю, можно будет устроить в их честь небольшое торжество на следующей неделе, чтобы запустить этот механизм в действие.
Вспомнив о стильных нарядах Каролины Твиннинг и манере вести беседу, Макс поспешил разуверить тетушку.
— Готов биться об заклад, что и танцевать они тоже умеют, — заявил он. По какой-то необъяснимой причине он был уверен, что Каролина Твиннинг вальсирует.