Тогда она заявила ледяным голосом:
— Будьте так добры, лорд Дарси, отпустите меня.
По ее голосу Дарси тут же догадался, что девушка охвачена яростью. Он и сам был взбешен ее внезапным побегом.
— Если пообещаете, что не станете больше убегать, я отпущу вас, — произнес он.
Сара открыла было рот, чтобы сообщить, что не станет унижать свое достоинство бегством, но тут же сообразила, что уже это сделала, и ничего не сказала. Дарси, верно истолковав ее мысли, продолжал крепко держать ее за руку. Подумав немного, он заговорил снова:
— Я лишь хотел обсудить с вами, дорогая, удивительный характер наших нынешних… отношений.
Дыхание Сары было учащенным, и она отчаянно мечтала завершить их разговор, но, услышав его слова, поспешила запротестовать:
— Не думаю, что нам есть что обсуждать.
Последовала напряженная пауза, прежде чем Дарси спросил:
— Итак, вы решительно отвергаете существование между нами каких бы то ни было отношений?
Мрачность его голоса поразила Сару. Все же она, упрямо вздернув подбородок, постаралась отстраниться от него настолько, насколько позволяли их сцепленные руки.
— Да, между нами ничего нет, — ответила она, радуясь тому, как непринужденно прозвучали ее слова.
Но радость была недолгой. Тут же воспользовавшись возможностью, Дарси поспешно шагнул ей за спину, отпустив ее руку, крепко обнял за талию и прижал к себе. Второй рукой он обхватил ее за плечи, лишив возможности пошевелиться. Он знал, что столь тесное соседство шокирует Сару, и это доставляло ему мрачное удовольствие.
Сара замерла на месте, будучи слишком пораженной, чтобы оказывать сопротивление. Его крепкое тело прижималось к ней со спины, а стальная рука опоясывала талию, лишая последних крупиц рассудка. Согревая ее ушко своим теплым дыханием, он прошептал глубоким, хриплым голосом, от которого по ее телу побежали мурашки:
— Что ж, милая, вот теперь нас точно ничто не разделяет и не отвлекает. Может, все-таки обсудим наши отношения?
Сара, остро осознающая близость его тела, вдруг поняла, что это не поможет ей сосредоточиться.
Тут он рассмеялся:
— Как я уже говорил несколько недель назад, дорогая, вам незачем хранить целомудрие. Подумайте только: согласившись стать моей любовницей, вы открыли бы для себя множество новых восхитительных возможностей.