– Откуда ты знаешь, что мы меняемся с Настей телами?
– Я все знаю, мальчик, – туманно ответила Браслет.
– Но все-таки.
Над тропинкой низко нависли толстые корявые ветви наполовину поваленного дерева, и им пришлось низко склониться, чтобы пройти вперед. Яр при этом запнулся за некстати попавшуюся корягу и упал, но тут же поднялся, отряхивая колени от пыли.
– Как ты уже догадался, вы меняетесь из-за колец. Одно – у тебя, второе – у моей Хозяйки, – отвечала девушка, не замедляя шаг.
– Ты – оживший браслет на руке Насти, верно? – нетерпеливо перебил ее Ярослав.
– Я всегда была живой. Просто – другой.
– Какая разница, я не об этом! Если ты ожила и помогаешь Насте, то кольца могут сделать то же самое! Тем более, если они отвечают в вашей странной иерархии за мир зеркал! – воскликнул Ярослав.
– Почему ты думаешь, что они ничего не сделали? – недоуменно взглянула на него девушка. – Они помогли трансформировать зазеркалье в более приемлемую форму. На это ушли все их силы. Но материализоваться здесь смогла только я – как дитя яви.
– Чертова Джульетта, – сердито сказал Яр, который понимал далеко не все, что говорила эта странная девушка в цветочном одеянии, которое, казалось, чудом держится на ней.
– Джульетта была лишь посредником.
– Да уж, утешила. Кстати, тебе не скучно быть браслетом?
Он не представлял, что такое быть украшением на чьей-то руке. Пусть даже на Настиной.
Девушка не ответила – тропинка неожиданно закончилась, как и лес. Стало гораздо теплее, и сквозь редеющие деревья пробивался с трудом свет. Впереди виднелась полянка, трава на которой блестела от влаги. За полянкой высились величественные холмы – и на одном из них возвышался замок.
– Здесь я тебя оставлю, мальчик, – сказала Джульетта. – Теперь все в твоих руках. Ты должен попасть в замок, найти в самой высокой башне мою Хозяйку и твою возлюбленную…
– Да не возлюбленная она мне!
– …и пробудить ее ото сна.