В отчаянии махнув рукой, он продолжил преследование. Через два квартала к стуку его сапог присоседился дробный топот другой пары обуви – это догонял его Филимонов.
– Кончай дурить, Илюха, – кричал он охрипшим голосом, – все равно не догоним! Брось ты это бестолковое занятие!
Понимая, что Филимонов прав, и внутренне принимая всю тщетность своих усилий, Журавлев с неохотой замедлил бег и остановился, со свистом втягивая горячий воздух. Спрятал пистолет в кобуру. Опершись потными ладонями о колени, угрюмо огляделся.
И тут неожиданно из подворотни, где располагался детский сад, гремя пустыми алюминиевыми бидонами из-под молока, выехала телега, запряженная невзрачной лошадкой. Громко топая подковами, лошадка повернула в сторону уехавшего грузовика. Полусонный возница – заросший бородой дед в кургузом пиджачке с чужого плеча и беспечно сдвинутой на затылок старенькой кепке – не спеша свертывал цигарку, время от времени зорко поглядывая по сторонам.
– Иди, ну, – с видимой неохотой прикрикнул он на лошадь, слегка дернул одной рукой вожжи, почмокал для вида губами и принялся с бережливой осторожностью заправлять самокрутку махоркой.
Благодаря судьбу за неожиданную удачу, Журавлев с разбега ловко запрыгнул на телегу, вырвал у деда вожжи, поднял валявшийся в телеге кнут, раскрутил его над головой и с силой обрушил на исхудавший лошадиный круп.
– Но, пошла! – заорал он таким ужасным голосом, что лошадь на мгновенье замерла, а потом взбрыкнула и невольно прибавила ход. – Но-о! – вновь крикнул Илья и принялся неистово нахлестывать лошадь.
От неожиданной боли, которую лошадь, похоже, еще никогда не испытывала, она быстро перешла на рысь, а затем пошла в самый настоящий галоп, дробно выстукивая копытами частую дробь.
– Ты что, ошалел, оглашенный?! – придя в себя, заполошно закричал насмерть перепуганный дед. От неожиданности он выронил цигарку и теперь безнадежно елозил рукой по телеге, тщетно стараясь нащупать драгоценное курево.
– Молчи, дед! – громко ответил Илья. – Бандит уходит!
Филимонов, который в последний миг тоже успел запрыгнуть на задок телеги, уселся на корточки, чтобы не испачкать галифе.
– Жу-жу-журавлев… врял ли-ли мы его-го до-догоним!.. Только ло-лошадь запалим!
– Черта с два он от меня уйдет! – не оборачиваясь, лихо отвечал Илья и вновь хлестал лошадь, заставляя бежать ее из последних сил.