Кровник

В конечном итоге мы его все же отловили и на первый же обычный в такой ситуации вопрос идиот напыщенно заявил:

– Я боец Ичкерского сопротивления! Я сапер-профессионал! Устанавливаю мины на колонных путях федеральных войск! Смерть российским оккупантам! – И заорал дурным голосом:

– Аааалллллх акбаррр!!! Вуаааллахх акбар!!!

Мои пацаны, естественно, слегка его помяли, после чего чеченец орать прекратил, попросил закурить и доложил, что в дурдоме у него перевалочная база, а командир их отряда доктор Али.

Ну что ж, тут все было ясно, соблюдать положенную в случаях с поимкой «духов» процедуру было бы по меньшей мере глупо.

Подкатив на БРДМ к воротам дурхауса, я вызвал заведующего, торжественно вручил ему психа и слегка попенял на плохую систему изоляции пациентов. Али слегка пооправдывался, ссылаясь на отсутствие персонала, а когда я в упор спросил:

«А откуда это у вас такой шустрый пациент со столь специфическим отклонением, а?» – доктор изрядно покраснел той частью лица, что была свободна от бороды, и пробормотал что-то невразумительное.

Типа: «Давно это уже, еще до войны, ага, точно до войны поступил!» И показалось мне тогда, что врет доктор, хотя мимика лица его не выдала – оно у него, как камень, поросший обильным мхом.

Отъезжая от ворот дурдома, я ощутил пристальный взгляд Али – казалось, он просверлит дырку на моем затылке. Я обернулся – доктор поспешно отвел глаза и скрылся за воротами.

Вот, собственно, и все. Давать информацию особистам я не стал – мои подозрения не являлись основанием для проверки дурдома на предмет обнаружения каких-либо ухищрений, нужны более веские основания. Конечно, можно было настоять на своем, но не хотелось рисковать. Ошибешься один раз, потом тебе никто не будет доверять, скажут – а, это тот самый балабол, что дал дезу по хакановскому психушнику! Пакостей от этого дурдома за весь военный период не было – ну и ладно, живите себе со своими недомолвками! Благоденствуйте…"

"Да, похоже, заведующий, он же главврач, меня не вспомнил – хотя и посмотрел пару раз более пристально, чем положено хозяину смотреть на впервые встретившегося ему гостя, который, между прочим, платит валютой.

С трудом дождавшись окончания обеда, я не счел более возможным сдерживаться и решил попытать счастья в прямолинейной атаке, безо всяких ухищрений.