Но как только поворачивалась, там никого не было. До смерти испугавшись, что он схватит меня на улице по дороге в приют, я купила первую попавшуюся пару. К счастью, они оказались удобными. Всю обратную дорогу я бежала. Я не могла так больше жить, но как выбраться из этого кошмара, у меня не было ни малейшего представления.
Резко открыв дверь в кафе Молисано, я вошла внутрь и была счастлива, что музыка заглушала урчание моего желудка от запаха свежей выпечки. Я жадно посмотрела на стеклянные витрины, полные свежих слоеных пирожных, горячих булочек и всего, что между ними.
— Алора, рад тебя видеть, — сказал мистер Молисано, выходя с подносом свежих бенье. Я облизала губы, и он рассмеялся. — Хочешь?
Щеки покраснели от смущения, что я была настолько очевидна.
— Вы не против?
— Нисколько. Вот, бери два, — сказал он, придвигая поднос ко мне. Они были еще теплыми, и я съела первый так быстро, что едва почувствовала его вкус.
— Спасибо, — сказала я, проглотив последний кусок. Мистер Молисано поставил поднос на полку и, вытерев руки, подошел ко мне.
— Скажи честно, Алора, когда в последний раз ты ела?
— Несколько дней назад. У меня есть деньги. Просто из-за стресса забываю поесть."
"Он злобно на меня посмотрел.
— Мозг не работает, когда мы голодны. Как ты собираешься научиться печь заказанный нами торт из капкейков, если не будешь в форме?
— Вы правы. Я… подождите, вы сказали, что хотите, чтобы я помогла печь сегодня?
Он широко улыбнулся, и радость на мгновение вытеснила все мои тревоги.
— Да, я так и сказал. Мне нужно, чтобы ты помогла на кассе во время дневного наплыва, но в остальное время — да. Отличная возможность для тебя, ведь половина удовольствия здесь — в украшении. Им нужны взбитые сливки, шоколадные сердца и свежие ягоды сверху. И еще четыре вкуса капкейков, так что у тебя будет много практики.
— Спасибо. Я так рада этой возможности. — На мгновение я снова почувствовала себя подростком, в восторге от того, что ждет меня в будущем, но одновременно боящейся мечтать.
— Ну что ж, заходи, умывайся и переоденься.
Я никогда в жизни не переодевалась так быстро. Через шесть часов работы у меня уже ныли руки, я съела слишком много сырого теста, но все еще была на том же подъеме, что и в начале. Другие повара занимались своими делами, но все были дружелюбны, а у мистера Молисано было ангельское терпение. Некоторые могли бы ненавидеть точность, необходимую для выпечки, но только не я.