Мужчины и женщины могут дрочить в туалете, представляя твою киску, которую трахают, вместо кого-то, кто ждет их дома. Но они ни при каких обстоятельствах не прикоснутся к тебе. Если осмелятся, или если ты позволишь, то это будет последнее, что они сделают. Поняла?
— Да, — сказала она и кивнула.
Как вода на огонь, ярость снова погасла. Схватив краску, мне нужно нанести последние штрихи. Красный цвет выглядел как мазки крови, стекающие по ее телу. Остальная часть рисунка представляла собой цветы и кости, которые должны были сочетаться с легендами и грядущим Марди Гра.
Отступив на шаг, я полюбовался своим творением. Глаза Алоры беспокойно блуждали по бару, явно настороженные тем, что я с ней сделал, и предвкушающие то, что еще предстоит.
— Ты такая красивая, вся в красном, куколка. — Я всегда ценил искусство, и некоторые из моих любимых работ были созданы уличными художниками прямо здесь. Художники, которые никогда не станут популярными и не продадут ни одной работы дороже пятидесяти баксов, но их талант невероятен.
— Грейсон, все будут пялиться на меня весь вечер. Пожалуйста, не делай этого.
— Пусть пялятся.
— Не заставлять, — ответила она и осторожно повернулась на высоких каблуках, которые почти сравняли ее рост с моим.
— Открой рот и подними волосы.
— Грейсон, пожалуйста…
— Делай, что тебе говорят, куколка, или я начну приносить домой куски твоих друзей. Есть много частей, которые я могу отрезать, прежде чем они умрут. — Она послушно подняла волосы, и я вставил кляп ей в рот. Алора отпустила волосы, скрывая ремешок, и я провел рукой по своему члену, чтобы сдержать его, прежде чем она снова повернулась ко мне лицом.