На следующий день по вопросу здоровья гвардии рядового Патрикеева собрался небольшой консилиум. В принципе, все вопросы были решены, оставалось только оформить необходимые документы. После обеда Кузьма получил свой военный билет с надписью о том, что он ограниченно годный к службе в армии на основании определенной военно-медицинской статьи. В мирное время воинская служба гвардии рядового Патрикеева закончилась, и он подлежит теперь очередному призыву только в случае объявления военного положения в стране.
По всем правилам гвардии рядовой Патрикеев мог дембельнуться только со своей части — гвардейского 67 мотострелкового полка. И сопровождать комиссованного до полка, а затем и до военкомата в Союзе был обязан один из офицеров госпиталя. Капитан Орлов, родом из Воронежа, лично вызвался в командировку — проводить рядового Патрикеева к отчему дому через родную воинскую часть.
У Кузьмы уже были пустой дембельский чемодан и дембельский альбом без фоток. Свои финансовые накопления разведчик потратил на проведённую спецоперацию. Старшая медсестра отделения лёгкой психиатрии армейского специализированного госпиталя ГСВГ, едва взглянув на порожний чемодан своего старшины отделения, отпросилась на час у начальника отделения, сбегала в город и купила точно такой же халат для матери Кузьмы, какой был куплен московскому капитану.
* * *В родном 67 мотострелковом полку, все, кто ранее знал гвардии рядового Патрикеева или слышал о подвиге разведчике Пати, удивились сильно. Даже невооруженным и немедицинским взглядом было видно, что молодой человек изменился. Кузьма уже не был тем отсталым в развитии солдатом, которому в начале службы доверили таскать ручной пулемёт на полигон и колотить мишени. При случайной встрече у продовольственного склада перед начальником войскового стрельбища Помсен стоял вполне обычный боец третьего периода службы — уверенный в себе черпак.