– Или телохранителей?
– И все-таки, Елена Николаевна, какие у вас планы на сегодня?
– Буду возить своего американца по Москве.
– Сами? На своей машине?
– Я не умею водить машину. Один знакомый вызвался помочь.
В двенадцать десять дня майор получил сообщение от «наружников», что объект вместе с пожилым иностранцем выехал по направлению к центру в автомобиле марки «Мерседес» черного цвета. А еще через полчаса Иевлев с удивлением узнал, что машина эта принадлежит Волкову Вениамину Борисовичу. Это имя в комментариях не нуждалось.
– Ну и знакомые у вас, Елена Николаевна, – присвистнул майор и распорядился продолжить наблюдение.
Глава 25
Он действительно вел себя как старый знакомый. Глаза его были скрыты затемненными стеклами очков. Лена тоже надела темные очки – день был ярким, солнечным.
– Раньше ваши политические обозреватели любили называть Нью-Йорк городом контрастов, – говорил Майкл, когда они шли по изуродованному Старому Арбату, – но более кричащих контрастов, чем в Москве, я не видел даже в Каире и Бомбее.
– Вениамин не говорит по-английски.
– Так ты переведи, мне интересно побеседовать с человеком, который разъезжает по Москве в «Мерседесе».
– Веня, ты «новый русский»? – спросила Лена.
– Не знаю, – пожал он плечами, – наверное, да. Смотря что подразумевать под этим понятием.
Через несколько минут между Майклом и Волковым завязалась оживленная светская болтовня. Механически переводя с английского на русский и обратно, Лена думала о том, что, глядя на этого милого, неглупого, хорошо воспитанного человека, невозможно представить его в роли злодея, бандита, блатного пахана.
– Бизнеса в чистом смысле этого слова у нас пока нет, – говорил Волков. – Он настолько плотно слит с криминалом, что невозможно определить границу, даже приблизительно.
– То есть вы хотите сказать, что у вас нет практической разницы между бизнесменом и гангстером? А как насчет политиков?
– То же самое. Наши капиталы, в том числе и политические, криминальны в своей основе.