– А Митю тебе не было жалко? – осторожно спросила Лена. – Ты ведь узнал его.
– Да, – кивнул киллер, – я его узнал. Но это моя работа.
– Почему же меня пожалел? – Лена старалась, чтобы голос не дрогнул, говорила медленно и тихо, почти шепотом.
– Потому, что когда-то ты меня пожалела.
Глава 40
Веня проснулся очень рано. За окном было еще темно. Он знал, что единственный утренний рейс из Тюмени прилетает в девять пятнадцать. Мчаться в Домодедово, чтобы просто постоять в сторонке и посмотреть, как Лена войдет в зал аэропорта, как ее встретит и обнимет муж, было глупо.
Он, конечно, не подойдет близко. Просто поглядит на нее. А вечером позвонит и попросит, чтобы она переговорила с мужем. Хорошо, если можно будет прямо завтра встретиться с ней. Но он не станет ее торопить. Пусть все идет так, как она хочет, пусть никому не будет больно, и ее мужу прежде всего.
Регина спала в своем кабинете. Он прошмыгнул мимо закрытой двери, но она тут же возникла на пороге в короткой ночной рубашке.
– Что это ты вскочил в такую рань? – спросила она, зевнув.
– Дела… – ответил он и отправился в ванную. Чтобы окончательно проснуться, надо было принять контрастный душ, сначала пустить очень горячую воду, почти кипяток, потом быстро переключить на ледяную. Потом еще раз."
"Из душа он вышел бодрый, свежий.
– Позавтракать ты, конечно, не успеешь, – сказала она, – хотя бы кофе глотни.
– Спасибо, – он взял чашку из ее рук.
Действительно, горячий кофе сейчас не помешает. Регина умела готовить его так, как он любил – очень крепкий и сладкий, с большим количеством жирных сливок. Сейчас он показался каким-то особенно вкусным.
Постояв еще немного, дождавшись, пока звук мотора стихнет за поворотом, Регина отправилась на кухню, очень тщательно, с содой и хлоркой, вымыла его чашку.
Утро было солнечным. Он спокойно вел свою любимую, верную машину и размышлял, как лучше ехать к Домодедову.
По дороге попался маленький цветочный базар. Он остановился и купил букет крупных чайных роз.