Таких пинков мы давненько не получали…
— Как это произошло?
— Не ведаю, батюшка сыскной воевода, а тока весь город об этом толкует как о чуде невиданном! Недаром мудрые люди говорят, что дуракам везет…
— Прав он, Никитушка, — поддержала Баба Яга, — какая уж нам теперича разница, как энта жар-птица двум смутьянам в руки немытые запорхнула… Для нас с тобой одна работа осталась — замок на отделение вешать.
— Это почему же? — встревожился Митька."
"— Да как иначе-то, башка твоя еловая… Царь ить самолично полномочия следствию боярскому, альтернативному при всех отписал.
— Ой, мама дорогая-я… Да нешто и вправду все отделение закроют?! А, Никита Иванович?
Я молчал. Яга, резко встав, с нарочитым грохотом начала убирать со стола.
— Пойдем, сыскной воевода, государь зовет.
— Да, помню, Митя докладывал, — очнулся я. — Идем, нам надо кое о чем договориться на вечер.
— О чертежах найденных слышал уже?
— Слышал, а ты не в курсе, как они к ним попали?
— Нет, — Фома почесал в затылке, — а только какая ж теперь разница?
— Разница очень серьезная… Подумайте хорошенько, могли ли Груздев с Псуровым отобрать чертежи у самого Кощея?!
Над моими словами призадумались все, даже Митька.
— Вот именно! Я уж не знаю, какую удобоваримую версию они преподнесли царю, но твердо убежден в одном — чертежи Кощей отдал добровольно. Подкинул на дорогу, подложил в карман, подбросил в окошко, как угодно…
— Дак… зачем же? — первой сориентировалась бабка.
— Зачем? Хороший вопрос… Думаю, что это значит только одно — преступникам они больше не нужны!
Вряд ли мои товарищи по службе сразу поняли, что это означает.