К своему удивлению уже на следующий день после аварии я обнаружил, что не боюсь садиться за руль. Возможно, причина в том, что я не помню момента аварии, который старательно заблокировал мой мозг.
Врываюсь в помещение клуба, не особо церемонясь со стоящим на входе секьюрити. Растерянно оглядываюсь по сторонам, ища глазами брата, но ничего, кроме дрыгающихся в такт музыке тел не наблюдаю.
В висках стучит от громкого звука нового трека, плетусь к бару подальше от эпицентра. Прошу стакан воды, игнорируя вопросительный взгляд бармена.
Мысленно злюсь на нерасторопного работника. Новенький? Налить в стакан воду – дело нескольких секунд.
Нетерпеливо кручу в руках телефон, в десятый раз набирая номер брата. И куда он подевался? Пишу ему сообщение.
«Я приехал в “Ред”, ты где?»
Тишина.
– Ты знаешь, я труднообучаемая, с трудом окончила семь классов, и даже в училище поступить не смогла, – раздаётся справа от меня звонкий женский голос. Знакомый голос. Очень знакомый.
Поворачиваюсь в сторону источника своей слуховой галлюцинации, всё ещё не веря, что удача могла оказаться благосклонной ко мне.
– Странно, – говорит девчонке какой-то парень, – а Настюха говорила…
– Ой, нашёл кого слушать, – рыжуха машет рукой и громко смеётся. Ведёт себя странно, словно тоже недавно выписалась из больницы. Психиатрической.
Она мне снится каждую ночь, и я даже просил Димку посмотреть по камерам, на какой машине девчонка уехала после инцидента в ресторане. Но брат не стал поощрять мои маниакальные замашки.
Я и сам понимаю, что зацикливаться на незнакомой девушке для тридцатилетнего мужика сродни паранойе. Но и видеть её всякий раз, как только закрываю глаза – невыносимо. Я ведь даже имени её не знаю, зато запомнил лицо. И этот образ преследует меня, словно призрак, а сходить с ума в мои планы не входит."