- Несмышленый человечек, донеси меня до госпиталя и поставь в тайное место! – наставлял меня Гатто. – А уж я сам разберусь, где икру метать, а где впитывать всеми жабрами. Пропадешь без меня с такой догадливостью.
Хам.
- Я думала, что икру мечут самки, - сказала я. Просто, от досады, чтобы позлить несносную рыбу.
- О, кладезь мудрости! Да будет тебе известно, что окмалионы самодостаточны и не имеют пола, как примитивные организмы вроде вас, - язвительно сообщил мне Гатто.
- Так ты гермафродит? – у меня вырвалось.
- Я – венец творенья, бестолочь. И, раз не кормишь, дай хоть поспать, а то мешаешь мне тут своими глупыми разговорами.
И рыб замолчал, а я… я просто кипела и захлебывалась негодованием, но тишины не нарушала. Через несколько минут пришла к выводу, что на рыб обижаться грех, даже если они сами себя считают вершиной эволюционной пирамиды, и успокоилась, а затем и вовсе уснула.
Сны не снились. Я просто отключилась, и понятия не имела, сколько прошло времени до тревожных стуков в дверь.
- Сестра Ли! Сестра Ли! Проснитесь!
Мне показалось, что это голос Гертруды, хотя со сна соображалось тяжко. За окном было по-прежнему темно, а на небе еще горели звезды.
- Что случилось? – пробормотала я.
- Прорыв на границе. К нам везут раненых, и подводы все прибывают и прибывают! Нужны все, кто хоть чем-то может сейчас помочь, - ответили мне.
Сон как волной смыло.
- Буду через пять минут, - крикнула я и начала одеваться.
Когда я уже натянула форму и обулась, вспомнила про Гатто.
- Прости, но, сам видишь, сегодня взять тебя с собой не выйдет, - виновато пожала плечами.
Раз для отца рыб имел большое значение, то и я должна относиться к нему с определенным пиететом. Не до фанатизма, разумеется.
- Да уж понял я и разобрался в ситуации, пока ты ничего не делала, - отозвался окмалион. – Оставь окно открытым, а с остальным я разберусь. Все самому… Все приходится делать самому… А разве я не заслужил покоя? Уважения? Хорошего питания?..
Слушать его я не стала, просто приоткрыла одну створку окна и побежала в госпиталь.
Глава 6
А у входа в здание госпиталя творились хаос и полная неразбериха. Прибывали магические подводы, бегали военные, сновали дородные санитары, кто-то стонал и кричал от боли, а кто-то от гнева и невозможности осознать происходящее.
Я растерялась, потому что не знала ни расположения кабинетов, ни того, что от меня требовалось. Для начала решила найти целителя Лойса.