– Милочка, выйди-ка, – скомандовала она Энн.
Служанка вопросительно посмотрела на меня. Я кивнула:
– Подожди снаружи, пожалуйста.
Едва за Энн закрылась дверь, хозяйка скомкала листок и швырнула в меня. Я машинально поймала бумажный комок за миг до того, как он прилетел мне в лицо.
– А не зарвалась ли ты, девочка? Новое платье получила, браслет добыла – все мало?
– То есть? – оторопела я.
– Забудь этот рецепт! – прошипела она. – И дорогу до моей лавки тоже забудь! Не умеешь вовремя остановиться – вовсе ничего не получишь.
Я сжала в кулаке список. Едва удержалась, чтобы не развернуть и не проверить – не написала ли название зелья. Нет, точно не писала, я же не совсем безумная. Но, видимо, опытному человеку хватило одного перечня ингредиентов, чтобы понять.
Новое платье и брачный браслет. Травница решила, что я заполучила их, опоив и подчинив волю какого-то богатея.
– Прошу прощения, – пробормотала я, понимая, что оправдываться и объясняться бесполезно. Попятилась к выходу.
– И знай, если ко мне придут, скрывать ничего не стану, – продолжала разоряться она. – На дыбу вслед за тобой я не пойду!
Я вылетела из лавки, не зная, то ли смеяться, то ли плакать. Надо ж было так сглупить! Едва не влипла: если бы хозяйка не накричала на меня сразу, а с милой улыбочкой продала все, что надо, а потом донесла в полицию, было бы куда хуже. Впрочем, нет, не донесет. Мало ли в городе рыжеволосых девушек?
Много ли в городе молодых рыжеволосых леди? Моя одежда выдает мое положение мгновенно.
Что ж, придется быть вдвойне осторожной.
Домой я пошла не сразу: заглянула для конспирации в шоколадную лавку, купила конфет, про себя ужаснувшись ценам на заморское лакомство. Вернувшись и отпустив Энн заниматься делами, снова зарылась в книги.
В окне соседнего дома мелькнула тень, я мысленно показала ей кукиш. Еще посмотрим, кто кого!
Значит, сначала в ломбард.
– Ваши украшения выкупил сегодня утром мужчина.