Лиса в аптечной лавке

Небрежно брошенный браслет зазвенел о стол. Ксандер поддернул рукав, покрутил обруч на запястье.

– Наверное, я в самом деле зря все это затеял.

– Вам виднее. – Я постаралась сказать это нейтрально, но в голосе против воли прозвучала обида. Я вообще-то не напрашивалась к нему в жены, сам предложил, так чего теперь жалеет. – Я не помню, ни зачем вы это затеяли, ни почему я согласилась.

– Алисия, хватит, – жестко произнес он. – Не унижайте враньем ни себя, ни меня.

Вы не помните своего детства, но, сбежав от меня, направились прямиком домой? И я должен в это поверить?

– Мне помогли, показав дом.

– Кто?

– Одна… кое-кто из приглашенных гостей, возвращаясь, встретил меня на дороге и узнал. Я попросила о помощи.

– И вас отвезли не ко мне, а сюда?"

"– Я умоляла не возвращаться к вам. – Ксандер дернул щекой, и я добавила: – Я не помнила вас, сколько можно повторять! Представьте себя на моем месте: приходишь в себя непонятно где, на голове шишка, и здоровенный мужчина, которого вы не знаете, говорит, что перестарался с вашим воспитанием! Вы бы вернулись к нему?

– Я бы хотел поверить.

Очень хотел бы. – Он горько усмехнулся. – Смешно, но мне на какое-время показалось, что мы смогли бы… Неважно. Каждому есть что скрывать, и так или иначе врут все. Я сказал сегодня, что не выношу лжи, но обычно она безобидна, и я не пытаюсь во что бы то ни стало ее разоблачить. Но вы перешли все границы. – Он потеребил браслет на запястье. – Вначале я решил, будто вы не слишком умны, но на самом деле вы далеко не дура, Алисия. Так почему вы считаете, что я такой дурак, будто поверю?

– Потому что я говорю правду! – воскликнула я. Ну, почти правду. – В самом деле, если вы не считаете меня дурой, захоти я соврать – неужели бы не придумала более складную сказочку?

И придумала бы, знай я этот мир получше.

Да если бы не подлянка от Айгора, и придумывать бы ничего не пришлось: надела бы браслет, когда поняла, что это аналог обручального кольца, носила бы спокойно, никакой записки в моей спальне не появилось бы, и у Ксандера не нашлось бы повода злиться и подозревать меня невесть в чем.