Жаль только, что все время тратила, чтобы обеспечить их с Ленкой, а вот материнской лаской обеспечивать было некогда.
Но вот тебе, Лидия, новая жизнь и новый шанс.
— Спать пойду я, Берта, — рот уже сам собой зевал несколько раз, — завтра очень рано вставать, варить сыр и в город на продажу нести.
— Как завтра? — заволновалась старушка.
— Завтра-завтра, — авторитетно закивала я, — с такими надоями, как у Ингеборги у нас скоро места не хватит. Да и деньги заработать на элементарные вещи не помешает.
"— Да кто ж у нас с тобой это купит, — всплеснула руками тетушка, — люд попроще тебя знает и плюётся, а в кварталы для богатых ремесленников я даже соваться не буду.
— А такие есть? — заинтересовано спросила я.
— Ну да! — подтвердила Берта. — Есть рынок, где скупаются работяги, да селяне. А есть торговый квартал для тех, кто побогаче, а может даже познатнее, но нам туда соваться вообще не стоит.
— Посмотрим, — нейтрально ответила я старушке и громко зевнула, — ладно, утро вечера мудренее.
Я поднялась и, пожелав Берте спокойной ночи, пошла в свою комнату. Говорить о том, что твердо решила начать покорять местный рынок именно с этого самого квартала для богатеньких, тетушке не стала. Зачем нам лишние споры? Завтра просто попрошу старушку показать мне, где он находится, и просто поставлю перед фактом. Осмотрюсь и попробую договориться с потенциальными реализаторами. Все ж опыт не пропьёшь, а договариваться с другими я умела.
Глава 7
Я вертела головой по сторонам, не в силах обуздать собственное любопытство. Это был первый иномирный город, что мне довелось повидать. Фиармонт чем-то напоминал средневековую Латвию, только без гор мусора и грязи. Все мило, красиво, уютненько. Да и люди выглядели так же — пышные платья, средневековые костюмы и такое же средневековое неравенство.
Берта жалась к стене, стараясь не попадать на пути хорошо одетым горожанам и глаз не поднимать, в отличие от меня, что глазела по сторонам.
— Незырь так на господ! — дернула в очередной раз меня за рукав, вошедшая в роль тетушки, Берта. — Еще, не дай боги, кто-то заметит и оскорбится. Проблем потом не оберемся!
— Да ладно тебе, — отмахнулась я от старушки, перекладывая тяжелую котомку из руки в руку, — ничего им не станется, этим твоим господам, если я немного посмотрю.