— Нужно, — выдыхает он, — не представляешь, как!
— Все? А теперь извини, мне пора на пары, — хочу увернуться, но Артур не отпускает.
— Нет, не все. Ангелина, — он набирает полную грудь воздуха, — помири меня с Демоном.
Интересный поворот. И как я по его мнению должна это сделать?
— Ты переоцениваешь мои возможности, — стараюсь говорить предельно отстраненно, но Артур с ухмылкой хмыкает:
— Это ты себя недооцениваешь, Ангел.
— Если хочешь помириться с Демьяном, для начала перестань называть меня Ангелом, — говорю по возможности сухо.
— Хорошо, не буду, — с готовностью соглашается Артур. — Только Ангелина слишком длинное имя. Лина можно?
— Можно, — киваю.
— Тогда может ты согласишься выпить со мной кофе? Ничего такого, просто посидим как старые знакомые. Расскажешь мне про Демона, фотки покажешь. У тебя же есть?
— Есть, полно, — я все еще раздумываю. В предложении парня на самом деле нет ничего предосудительного. — Но почему ты не можешь сам ему написать? Или позвонить?
— Демон на меня тогда очень разозлился, Лин.
Его раскаяние выглядит искренним, сожаление — настоящим.
— Мне его очень не хватает, — негромко признается парень, и теперь раскаянием накрывает меня.
Пока я не появилась, они с Карениным много лет дружили. До случая на яхте Артур вел себя сдержанно и безупречно. Это не значит, что я должна с ним общаться, но Демьян.
Я отдаю себе отчет, что не в состоянии одна заменить ему весь мир. И хоть он убеждал, что кроме меня ему никто не нужен, я знаю, что это не так.
До аварии Демьян постоянно тусил в компаниях, он никогда не был одиночкой. Это инвалидность привела его к депрессии, он отказался от общения только из-за осознания собственной неполноценности.
Сейчас, когда все врачи в один голос уверяют, что Демьян будет ходить, он не может дождаться этого дня и вернуться к нормальной жизни.
Решение приходит само собой.
— Хорошо, Артур, я тебе помогу, — киваю парню, и он не скрывает радостную улыбку.
***
На удивление, мы отлично проводим время в уютной кофейне неподалеку от университета. Много говорим о Демьяне, я показываю фотки, которыми Каренин меня забрасывает.
Он долго сердился, когда я объявила, что не полечу с ними в Германию. Уговаривал.