Что дракон со мной сделал? Почему я так страстно желаю его? До одури, до темноты в глазах.
Лир опустил руки и, поглаживая своё тело, положил ладони на член. Я едва не застонала от бессилия и ревности. Я хотела сделать это! Но не могла прикоснуться к Гелиору. Лишь стояла у его кровати и смотрела, как дракон сам себя ласкает. Дыхание моё участилось, внизу живота разгорелся настоящий пожар. Казалось, прикоснись я к лону, и сразу превращусь в головешку.
– Зои, – снова услышала я зов дракона и едва не разрыдалась от пожирающего меня желания.
Прикусила губу, чтобы не застонать, и сжала ладонями грудь. Я не могла приблизиться к дракону, но могла прикоснуться к себе. По телу, разрастаясь комом колючих молний, прокатилась горячая волна. Концентрируясь в промежности, она выкручивала меня, ломала волю, травила душу. Я опустила руки, и стоило лишь коснуться лобка, как тело содрогнулось от острого пика.
– Зои. – Голос дракона казался огорчённым. – Ты опередила меня.
Я тут же посмотрела на лира, а Гелиор откинул голову и застонал, изливаясь в оргазме.
Я вскрикнула и распахнула глаза. Темнота показалась оглушающе мрачной, выжигающе пустой, леденяще холодной. Я села на траве, под кустом, и, обхватив себя руками, затряслась в крупной дрожи.
Сон? Это всего лишь сон? По щекам покатились слёзы, они холодили щёки, сердце, душу… Я ощутила себя самой несчастной на свете только потому, что не умерла в пламени пика дракона? Я сошла с ума!
А затем меня накрыло волной гнева: лир отравил меня своей похотью! Проник мне под корку, завладел мыслями, снами, мечтами… Умереть под ним в оргазме? Да ни за что! Но казалось, я до сих пор слышу тихое, как шёпот листьев: «Зои, вернись ко мне».
Небо светлело быстро, так же стремительно становилось холоднее, и я, дрожа всё сильнее, выбралась из кустов.
Горький обжигающий напиток принёс мне капельку понимания. Да, Зои, тебя просто использовали.