Ей кажется, что главврач клиники, в которой проходит обследование отец, разъясняется на непонятном языке.
Хорошо, что профессор Зигунов Кирилл Рудольфович давний друг отца еще со школьных времен. И Вера может смело довериться доктору. Вот только яснее ситуация не становится.
Пахомов стоит, игнорируя предложенное кресло. Вера, наоборот, чувствует в ногах слабость, потому падает в него.
Платон невозмутим и собран. Вера вообще дико завидует его выдержке и хладнокровию."
"С другой стороны, кто сказал, что Пахомов переживает за здоровье отца? Вера уже сомневается в том, что этот мужчина способен на проявление каких-либо эмоций.
— Посещения разрешены? — тем временем интересуется Платон.
— Да, конечно. Однако любые волнения исключены. Никакого негатива или плохих новостей, — кивает врач. — Я провожу вас в палату.
Вера послушно встает из кресла. Хорошо, что Пахомов придерживает ее за локоть. Ноги немного ватные.
Веру и Платона провожают на тринадцатый этаж. Девушка невольно ежится от такого несчастливого числа. Шустер не суеверна, просто эта неизвестность слегка пугает. Еще и цифра эта чертова!
Врач распахивает двери частной палаты.
— Степан Мирославович! А я к тебе привел гостей! — сообщает доктор и пропускает Веру и Пахомова вперед.
— Жду вас с самого утра! — улыбается отец.
Вера торопливо подлетает к родителю, обнимает, прижимается щекой к хлопковой рубашке.
— Папочка! — выдыхает девушка.
— Как же я рад, что ты приехала, доченька, — слышит Вера голос отца.
— Разве могло быть иначе? — улыбается Вера. — Как ты? Как твое самочувствие?
— Да что со мной станет? — машет рукой папа, однако Вера замечает, как сильно изменился он с их последней встречи вживую. — Расскажи лучше, как ты? Как долетела? Изменилась так, не узнать просто! Красавицей стала.
Вера украдкой оглядывается на Пахомова. Мужчина, расстегнув пиджак, занимает место у окна. Вновь игнорирует стул, кресло, диван. Не сидится ему, елки-палки! Веру это немного раздражает, потому что кажется, будто Пахомов смотрит на нее свысока.
Впрочем, не кажется. Так оно и есть.
Убрав руки в карманы брюк, Пахомов стоит почти неподвижно. Своей высокой и широкоплечей фигурой он закрывает почти весь оконный проем.