Но галстук и даже запонки на законных местах. И прическа у Платона идеальная. Вернее, после душа мужчина просто взъерошил волосы рукой. Именно так Вере нравится. Хотя, она ни за что Платону в этом не признается.
— Что с отцом?! — напряженно спрашивает девушка, а сама корит себя.
Ведь пока она кувыркается с Пахомовым, как в прямом, так и в переносном смысле, жизнь отца под угрозой. Он в больнице. И толком ничего не известно.
— Врач говорит, в пределах нормы. Отставить панику, — спокойно рассказывает Платон, — мы можем съездить к нему прямо сейчас.
— Отлично! Дай мне пару минут, я соберусь! — спохватывается Вера.
— Поешь сначала, — строго останавливает Платон девушку, перехватывает за ладонь и тянет обратно. — Завтрак, Вера.
— Я уже наелась, — возражает Шустер и немного мягче добавляет: — я действительно уже сыта.
Платон с сомнением смотрит на едва тронутую порцию каши, омлета, французский тост.
— Ладно, — кивает Платон.
— Пожалуй, я напрошусь в город с вами, — поддерживает беседу Саша, который всем своим видом дает понять, будто ничего сверхординарного не произошло: Вера не швыряла бриллиантами в его старшего брата, никто не бегал в трусах по территории, и сама Вера не тонула в болоте.
— У тебя есть собственная тачка, — недовольно подмечает Платон.
— Влом садиться за руль, — улыбается Саша.
— Александр, а что насчет работы? Тебе нечем заняться? — обманчиво нейтрально интересуется Пахомов у брата.
— У-у-у, если уж в ход идет «Александр», значит Платон Георгиевич изволит гневаться, — вскидывает брови Сашка.
Вера ловит себя на мысли, что ей хочется заступиться за Сашу. Лето ведь, пора отпусков, кто думает о работе?
Девушка уходит, не слушает продолжение разговора между братьями. На сборы уходит не так много времени. И спустя четверть часа, Вера идет вниз по лестнице.
Волосы девушка распускает. Солнечные очки фиксируют прядки на макушке. Легкое летнее платье выше колен не стесняет движений. Удобные босоножки на невысоком каблуке завершают образ. В руках у Веры сумочка со всем необходимым, включая телефон и кошелек.
— Я готова, — сообщает Вера.
Платон оборачивается. Мужчина стоит в холле особняка, почти у самых входных дверей. Пиджак расстегнут. Телефон в руке, поднесен к уху, будто мужчина слушает сообщения.