Позже, когда я проходила мимо кухни, мне довелосьслучайно услышать разговор Клары и Дороти.
- Ох, как наша леди Анна изменилась, Дори! - делилась с кухаркой своими наблюдениями домоправительница. - Такая взрослая стала, уверенная, серьезная. И взгляд такой... Как посмотрит, властно так, с силой, и сказать-то ничего в ответ не можешь. Я уж не раз леди Агату вспомнила. Вот, на нее наша леди похожа становится.Кажется, со времени ее отъезда на Север не месяцы, а годы прошли!
- Да, уезжала птенчиком неоперившимся, а вернулась орлицей, - одобрительно хмыкнула Дороти.
- И муж у миледи такой представительный! Видный мужчина. Как взглянет, у меня аж мурашки по коже бегут!И леди свою любит, сразу видно! Надышаться на нее не может. Повезло нашей леди Анне, жаль, леди Агата не дожила, не успела за внучку порадоваться.
Женщины принялись вспоминать свою старую хозяйку, а я потихоньку отошла от двери и направилась в гостиную. Да... Не думала, что Клара будет сплетничать с Дороти.
Кимли ждал меня в гостиной.
- Леди Анна.
При моем появлении, Себастиан встал и склонил голову в коротком поклоне.
- Мне казалось, мы отбросили церемонии, - тихо сказала я, стараясь придать голосу необходимую твердость.
- Да, простите, Анна.
Тиан пристально посмотрел мне в глаза,и я увидела, как его щеки медленно покрывает морозный узор.
- Быть может, вы хотите отдохнуть с дороги? Вы ведь наверняка устали.
- Анна, пожалуйста...
Себастиан оказался рядом со мной и порывисто взял за руку.
- Вы читали его? - В голосе Кимли прозвучало волнение. -Вы прочитали дневник, Энн?
Тиан смотрел на меня,и в глазах его мелькали отблески пламени.
- Да, я прочитала дневник, - спокойно ответила я, мягко забирая свою руку.
- И... Вы, верно, ненавидите меня? - Бастиан впился в мое лицо отчаянным взглядом. - Энн, не мучайте меня, скажите. Вы сможете меня простить?
Он снова схватил мою руку, крепко сжав ее.
- Себастиан, пожалуйста, - Я попыталась вытащить ладонь из его захвата. - Мне больно, - тихо прошептала, глядя в искрящиеся синие глаза. Метель, что бушевала в них, выворачивала мне душу."
"- Да, Энн. Простите.