Наместника и его супруги больше нет, теперь твой самый страшный кошмар — это я! Жить хочешь?
— Конечно хочу! — часто-часто заморгал директор и жалобно переспросил: — А почему их нет?
— Потому что нельзя обижать слабых и беззащитных! В один прекрасный день они и ответить могут!
Я выпрямилась и сдула с пальца мелкие снежинки.
— В твоем сердце теперь небольшое послание от меня. Стоит лишь подумать всерьез о том, чтобы сдать меня властям, продать очередного юного мага втихаря или что-нибудь рассказать о былых сделках с господином Рекинсом, и смерть твоя легкой не будет.
В качестве демонстрации я сжала кулак, смещая микроскопическую льдинку по сосуду. Судя по изменившемуся лицу и непроизвольно дернувшейся к левой стороне груди ладони, сработало как надо.
— Я и не собирался, — господин Эльгард откашлялся, прогоняя из голоса фальцет. — Господин наместник — наш самый щедрый меценат. Золотой человек… был.
Мы посмотрели друг другу в глаза.
О чем думал старый пройдоха, не знаю.
Я же прикидывала, не убить ли его прямо сейчас.
Но по всему выходило, что прямо сейчас не стоит мараться.
Одно дело, если чета Рекинс таинственно пропадет. Мало ли, где и почему. Места вокруг города действительно опасные, заблудились-замерзли, грабители напали — вариантов много.
А вот если следом умрет и директор приюта, тоже не последний человек в Вальмарке, следователи всполошатся. Начнется полноценное расследование, и как пить дать выйдут на меня.
Мне это надо?
Нет.
Так что пусть гаденыш живет.
Пока что.
Насчет послания я слегка преувеличила. Мысли читать ни одно водное заклинание не способно, к величайшему сожалению. А вот активироваться по моему сигналу вполне может. Присмотрю за уважаемым господином Эльгардом, чтобы он не натворил глупостей.
На самом деле вряд ли на него найдут компромат. А если и да, то, как он сам сказал, предъявить ему нечего, кроме добровольных нерегулярных взносов в фонд приюта.
Максимум — растрату, если хорошо копнуть.
Но никак не продажу одаренных детей.
А вот предотвратить новые сделки я обязана. Мало ли кто еще надумает прикупить себе водника для развлечения или экспериментов!
Глава 23
Следующую неделю все было тихо.
Подозрительно тихо.
Тайринг не рисковал соваться на подпольные бои, памятуя об исходе предыдущего.
Я намекала, что подобное не повторится, но, похоже, у парня развилась психологическая травма.