Все, как в тумане, — пробормотал мужик, растерянно глядя то на старосту, то на меня.
В это время на пороге дома появился Горин. Он показал знаками, что все чисто и опасности больше нет. Мы тут же двинулись к дому. Староста шел впереди, за ним опасливо семенил Николай, а замыкали шествие мы с Ярцевым.
Глядя на старческую, но при этом на удивление пружинистую походку Николая, у меня создалось впечатление, что он раньше занимался спортом, да и сейчас сохранил некоторые навыки. Ноги его не шаркали по брусчатке дорожки, как это обычно бывает у пожилых, а перекатывались с пятки на носок.
"Когда мы вошли в комнату, где все произошло, первым, что мне бросилось в глаза, было положение трупа и огнестрельная рана на затылке. Руки у покойника были вытянуты вдоль тела. А это бывает только в случае, если человек падает на пол уже мертвым или хотя бы без сознания. Если преступник запнулся, а уж тем более пытался после этого встать, его кисти должны находиться на уровне грудной клетки.
Также непонятно было расположение самой раны. Оно говорило о том, что выстрел был произведен сзади, но никак не с передней стороны пытающегося встать противника. Я не стал переворачивать голову трупа, чтобы искать выходное отверстие.
След от первого выстрела я заметил еще раньше: как только вошел в комнату. В углу на потолке красовалась довольно солидная прореха, а на полу под ней валялся кусок отлетевшей штукатурки.
Одним словом, увиденные мной факты никак не вязались с рассказом хозяина дома. И мне надо было выяснить, что же на самом деле здесь произошло.
Я подошел к Горину, и попросил у него орудие убийства. Когда пистолет оказался у меня в руках, я проверил предохранитель, патронник и извлек магазин. Протянув пистолет хозяину дома, я попросил его:
— Николай, покажите еще раз, как все было. Только подробно.