Стоимость его была велика, но, слава Всевышнему, последние годы казна постоянно пополнялась притоком золота извне.
Спрос на искусственный жемчуг только рос, и Мартин поговаривал об открытии еще об одной мастерской возле недавно появившегося поселка Мэгнхилд. Поселок возник на берегу крошечной бухты, окруженной огромными валунами. По преданию, когда-то в этом месте состоялась битва каменных троллей, и именно части их разбитых тел окаменели на солнце.
Ценность поселка была в том, что именно возле той бухты ловили огромное количество серебристой сельди — крупной рыбы, дающей отменное сырьё для получения перламутра.
Против еще одной мастерской Мария не возражала, но настаивала на том, чтобы шестьдесят процентов прибыли оставалось за короной.
Сейчас, стоя на борту корабля и наблюдая, как тает в туманной дымке Нисландия, Мартин у борта распахнул плащ и прикрыл жену одной полой, теснее прижимая её к себе:
— Если бы не ты, строительство собора могло бы тянуться ещё года три-четыре, а то и больше.
— Я хочу, Мартин, чтобы, когда придёт время, ты передал сыну обе короны.
— Ты становишься честолюбива, любовь моя, — улыбнулся король. — Мария Анна Евгения Ольстер, божьей милостью королева Нисландии и герцогиня острова Туридюр, — Мартин произнёс это с интонациями глашатая и, рассмеявшись собственной шутке, как ребёнок, спросил: — Разве так звучит не лучше, чем просто Мария — королева Нисландии?
— Гораздо лучше, — с улыбкой согласилась жена.
Чтобы избежать проблем с мальчишками, по просьбе Марии к ним прикрепили «няньку». Молодой матрос Эдвард Хьярти был взят в ученики к штурману. На него и повесили обязанность сопровождать принца и наследного лорда. Молодой человек присматривал за ними и лично сопровождал по всему судну: в первые же дни, позабыв обо всех обещаниях вести себя примерно, юнцы облазили «Нисландию» от кормы до носа, не преминув заглянуть в трюм.