Мария робко подняла глаза, всматриваясь в лицо встречающего: на гладком его лбу тускло поблескивал золотой обруч с черными камушками. Мужчина протянул руку, гулко кашлянул и пробасил:
— Добро пожаловать домой, моя королева.
Глава 20
Ветер, сильный и прохладный, трепал одежду и пытался выдернуть пряди из прически. Ноги Марии утопали в песке, и в какой-то момент она почувствовала, что тяжелая мужская ладонь крепко подхватила ее под локоть.
— Еще немного, и мы выйдем на дорогу к дому, — басовитый голос идущего рядом мужчины немного пугал.
Мария совершенно не понимала, что из себя представляет ее муж: глуп он или умен, добр или злобен. Почему-то ей казалось, что мужчина, как и она сама, испытывает от знакомства только смущение и неловкость.
Рядом с ними шагали спутники короля, освещая дорогу несколькими факелами. Черный песчаный пляж кончился, но сумерки становились все плотнее и плотнее. И только беленые прямоугольники домов с тускло светящимися окнами, стоящие по сторонам дороги, говорили о том, что это жилая местность.
Король предпочел преодолеть дорогу верхом, и за это Мария была ему благодарна: сидеть в тесноте маленькой повозки с одним единственным сидением в полной темноте рядом с чужим человеком было бы довольно некомфортно. В единственное застекленное окошко на дверце видны были только тусклые отблески факела, который держал кто-то из скачущих впереди людей.
Карета довольно резко развернулась и остановилась. Шум за окошком говорил о том, что люди спешиваются. Дверца распахнулась и, опираясь на предложенную руку, Мария спустилась по двум узким откидным ступенькам.
Никакого дворца или каменной башни не было и в помине: длинное, больше похожее на каменный сарай, одноэтажное здание вырастало из невысокого холма. Самым поразительным было то, что в неверном свете факелов крыша дома казалась меховой, и длинный ворс явственно шевелился под порывами ветра.
Ничего похожего никогда в жизни Мария не видела, и первое впечатление было жутковатым: этот дом, где тускло светилось около десятка окошек в конце правого крыла, казался неведомым зверем, который прилег отдохнуть, охватывая своим гигантским телом пологий холм.
«Ой! Это просто трава, которая растет прямо на крыше! — наконец-то сообразила Мария. — Дёрновая крыша — вот как это называется. Где же я читала про такое?».