Он введен неглубоко, под кожу, так что операция будет несложной.
– Вам когда-нибудь приходилось такое делать?
– Ох, дорогая моя, чего мне только не приходилось делать! – вздохнул старик. – Уверяю вас, я делал куда более сложные вещи! А теперь потерпите..."
"Он взял ее за руку, протер запястье медицинским спиртом (в комнате резко и неприятно запахло больницей) и осторожно провел по коже кончиком скальпеля. Руки у него были сильные, уверенные и совсем не дрожали.
Оксана закусила губу, хотя боль была вполне терпимой.
Андрей Михайлович сделал еще один надрез, и на металлический поднос упала маленькая металлическая таблетка.
– Ну, вот почти и все! – Старик залил ранку антисептиком, промокнул ее тампоном и заклеил пластырем телесного цвета.
– А теперь действительно все!
Он протянул Оксане рюмку ликера:
– Выпейте, дорогая, а то вы очень побледнели!
Оксана выпила чудесный ликер и почувствовала себя значительно лучше.
– А что вы собираетесь делать с этим чипом? – спросила она, разглядывая микросхему.
– Вот это интересный вопрос... – Андрей Михайлович на мгновение задумался, затем просиял: – Пожалуй, как говорил Остап Бендер, у меня появилась плодотворная дебютная идея...
Он встал, подошел к окну и открыл его. В комнату ворвался сырой осенний воздух. Старик взял с подоконника небольшую картонную коробку, проговорил извиняющимся тоном:
– Знаете, у стариков есть свои маленькие безобидные привычки.
Он высыпал из коробки на карниз немного пшена и, высунувшись в окно, позвал:
– Гули-гули-гули!
Почти сразу раздался шум крыльев, и на карниз один за другим опустились три голубя. Два из них (видимо, это были голубки) принялись сосредоточенно клевать пшено, третий, красивый, белоснежный, раздул зоб, заворковал и стал с самозабвенным видом расхаживать по карнизу, искоса поглядывая на самочек.
– Извини, дорогой... – Старик молниеносно выбросил вперед руку и схватил одуревшего от собственного воркования голубя. Тот в первый момент забился, но затем застыл, только поводил по сторонам испуганным круглым глазом. – Извини... – повторил Андрей Михайлович, ловко приложив к лапке голубя микрочип и закрепив его несколькими слоями пластыря. – Ну вот, ты снова свободен! – И он выпустил птицу на карниз.