— Хотите поговорить об этом, доктор? — спросил я, широко улыбнувшись, — что конкретно Вас волнует? Расскажите.
Мужчина в ответ рассмеялся.
— Один-ноль, господин Орлов, один-ноль, уели.
— Подскажите, пожалуйста, — мой взгляд скользнул к бейджу на его халате, — Константин Фёдорович, а до какого счёта мы играем?
Два-ноль, прочитал я в его глазах, и он сменил тактику поведения. Сделался серьёзным, зазвучали скучные вопросы о моих ощущениях и переживаниях. Что я ощущал в портале, что после. Снятся ли кошмары, страшно ли стало жить.
Отвечал я сухо. Ничего нового не сообщил, только то, что сказал Соколову.
Доктор что-то записал и на этом всё, на сегодня обследование закончилось. Охранник отвёл меня в комнату, а затем принесли обед. Надо отметить, обильный и основательный. Морить меня голодом не собирались.
Ближе к вечеру, перед ужином, снова вызвали на допрос. Те же самые вопросы, те же самые ответы. Палку никто не перегибал, давление не оказывали.
На следующий день ритуала экзорцизма не было. Только новые процедуры.
Повторилась беседа с психиатром, а вечером новый допрос. На этот раз Соколов выглядел напряжённым.
— Я мог бы лишить Вас ужина за одинаковые ответы, — попытался он надавить на меня.
— Ложь, а другие ответы — это она, позволит мне не остаться голодным? — усмехнулся я.
Его не смутили мой тон и настрой, он впился глазами в меня:
— Не ложь, а правда.
— А я знаю, что по Вашим словам я не задержан, но на деле выходит по-другому, — улыбнулся я.
— Вы же понимаете, что, — он прикусил губу, — в основе наших отношений лежит…
— Что в основе всех отношений, с древности, лежит взаимовыгода, — перебил я его. — Ты мне, я тебе, так гласит древнейшая истина.
— Вы не в том положении…
— А в каком я положении? — усмехнулся я, — власть у Вас, на моей стороне лишь информация и возможное общественное мнение.
— Общество не заступится, не надо думать…
— Поэтому всё просто, — пожал я плечами, — с Вас гарантии, а я расскажу что-то новое.
Не знаю, насколько я был убедительным, но у меня сложилось впечатление, что ему очень нужна информация. Не в плане исследований, было что-то ещё. А что было у меня? В сущности немного, я умолчал о великане и о том, как закрыл портал. Единственный вариант, как мне кажется, это раздуть значимость своих знаний и выбить из них гарантии неприкосновенности.