Он откусил помидор и с набитым ртом спросил: — а куда мы едем?
— Что? — я сначала не понял, что он говорит.
— Куда мы едем? — Коля проглотил помидор, — здесь мы укрылись от шума, но в городе сейчас полно постов, и там нас сразу же заметят.
Хороший вопрос, но у меня был ответ:
— Не переживай, — я достал из карманов золотые колечки с цепочками и рассыпал их по заднему сидению, — вот это нам поможет.
— Будем давать взятки? — Коля чуть не подавился бутербродом.
— Хорошая попытка, но нет, — улыбнулся я, — это артефакты отвода глаз и невидимости.
Вообще-то, я всю ночь изображал насос эфира и перегонял в них силу. И сейчас, с каждой минутой, хотелось есть всё сильнее, да и поспать можно, но это позже, пока будем ехать к банкиру.
— Так что нас не заметят, — продолжил я, — а теперь не мешай, я есть хочу.
Николай молча кивнул и оставшееся для прогрева время мы уничтожали собранный мной завтрак.
Когда Ладога тронулась, я активировал один из артефактов и прикрыл глаза.
— Объезжай посты и разбуди меня, когда приедем к дому Букова-Дубинина, — сказал я, уже проваливаясь в сон.
* * *— Господин, мы на месте, — голос Николая вырвал меня из приятных объятий небытия.
Никаких снов, никаких мыслей, отключился, словно электроника от розетки.
Открыл глаза, проморгался и увидел усадьбу Букова-Дубинина через дорогу. Наша машина замерла у обочины, не доезжая до него пятисот метров.
— Классные артефакты, — голос Николая сочился довольством, — ни один пост меня не заметил.
Я посмотрел на украшения, треть из них уже превратились в обычные цацки.
— Вижу, ты покатался там на славу, — хмыкнул я, — небось, ездил туда-сюда несколько раз?
— Не надо было? — напрягся Николай, — я не удержался пару раз. Простите.
— Не стоит, — махнул я рукой, — моя вина, не объяснил тебе принцип работы.
Запас магии в артефактах расходовался тем быстрее, чем больше глаз было направлено на скрываемый объект. Коля, видимо, не сторонился постов, а там куча людей, вот и растратил так много артефактов.
Объяснил Коле, как работает наша маскировка, и он пообещал быть более осторожным. Затем потянулись минуты ожидания.
Где-то через два часа ворота усадьбы открылись, и на дорогу выкатил кортеж из пяти автомобилей.
— Господин, — Николай прервал молчание.
— Вижу, — отозвался я, — следуй за ними, но не слишком близко.
— Понял, — кивнул Коля, и наша Ладога заурчала, как котёнок.