Ланге попытался воспользоваться возможность и нанести ещё удар. У него вышло. Но вот только тварь решила ответить. Взмах лапой и часть тела отделилась. Удар о дерево. Ноги упали на снег.
Я сжал кулаки, концентрируя энергию. Воздух вокруг меня завибрировал, снег у ног начал таять, образуя небольшую проталину. Послал в тролля заряд чистой силы — концентрированную магию, не преобразованную в стихийное заклинание. Такой удар мог бы разрушить небольшой дом. Но монстр лишь отмахнулся, как от назойливой мухи, мотнув головой.
— Значит, так? — процедил я, доставая свой кинжал.
Холодная рукоять легла в ладонь, словно часть меня. Древняя сталь с рунами, высеченными моей собственной рукой тысячелетия назад.
Я активировал клинок, направив в него часть своей ауры, и он засветился тусклым голубым светом, разгоняя сумрак зимнего леса."
"Существо увидело свет и остановился. В его животных глазах промелькнуло что-то похожее на узнавание. Затем оскалился, обнажая ряды острых зубов, и пошёл на меня, разгребая снег своими массивными ногами.
Я позволил ему приблизиться. Кинжал в руке становился всё ярче, питаясь моей энергией. Когда расстояние сократилось до нескольких метров, резко выбросил руку вперёд. Кинжал засветился ослепительным светом.
Выпустил заклинания, что хранились в артефакте. Клинок рассёк воздух и вонзился в грудь тролля, прямо туда, где у людей находится сердце.
Монстр замер. Его глаза расширились, затем наполнились болью, И что самое странное — осознанием. Будто в этот момент в нём проснулся разум, понимание того, что сейчас произойдёт.
Из раны вырвалось сияние — белое, ослепительное, расползающееся по телу твари, словно трещины по стеклу. Магия пожирала его изнутри, превращая плоть в энергию. Тролль попытался схватить кинжал. Его пальцы прошли сквозь свет. Плоть начала крошиться, рассыпаясь в морозном воздухе, словно песок на ветру.
Существо издало последний, пронзительный вой. Его тело взорвалось облаком мельчайших ледяных кристаллов. Всё, что осталось — тёмное пятно на снегу, да мой кинжал, сияние которого медленно угасало.
Я рухнул на колени, задыхаясь от истощения. Магическое опустошение ударило, словно молот. Конечности онемели, перед глазами поплыли тёмные пятна. Кинжал потускнел, его лезвие стало матовым, без привычного блеска.
Я высвободил слишком много энергии, опустошив артефакт почти полностью. Теперь его придётся заряжать неделями, если не месяцами.
Когда дыхание восстановилось и пятна перед глазами исчезли, я поднялся и огляделся.