– Кто может это подтвердить? – задал постным тоном следующий вопрос Лямин.
– Моя мама, Лидия Григорьевна Покровская, – спокойно ответила ему Дарья.
– Она не может быть свидетелем по этому вопросу, поскольку является вашей близкой родственницей, – уведомил Дарью Николай Петрович.
– Других свидетелей у меня для вас нет, думаю, моего сына Павла в качестве такового мы не рассматриваем, – ровным, нейтральным голосом произнесла она.
– Хорошо, – кивнул следователь, – так и запишем: свидетелей, которые могут подтвердить, что вы в это время находились в доме, нет.
Занёс данный факт в протокол и посмотрел вопросительно на девушку, явно чего-то от неё ожидая. Дарья молчала и спокойно «держала» его взгляд.
– Вы не хотите спросить, почему следствие заинтересовалось вашим алиби на этот отрезок времени? – решил подтолкнуть её к разговору и выяснениям гражданин Лямин.
– Нет, – коротко ответила ему Дарья.
– А вот зря, – картинно попенял он ей за отсутствие интереса и решил пояснить сам, доставая какой-то документ из папки, лежавшей перед ним на столе, и выкладывая его перед Дарьей: – Проведя следственные мероприятия, мы установили, что за неделю до гибели гражданки Рыковой между вами с ней имела место ссора, что зафиксировано показаниями свидетелей и видео, снятым с камер в холле гостиничного комплекса «Жемчужина парадиза».
Следователь посмотрел на неё крайне выразительно и, вновь не дождавшись от опрашиваемой никакого интереса к его словам и документу, лежавшему перед ней, а также желания что-то отвечать, продолжил свои объяснения:"
"– Ссора ваша с гражданкой Рыковой была публичной и очень некрасивой: мало того что она отказала вам в услуге, которую вы уже оплатили, так ещё и оскорбляла, – и, донеся до свидетельницы данный факт, Лямин снова посмотрел на Дарью, ожидая её ответа.
Которого, к его явному недовольству, вновь не последовало. Девушка сидела в «открытой позе» – не скрещивая ни рук, ни ног – и смотрела в лицо следователя с совершенно спокойным выражением лица.
– Почему вы не поставили в известность оперативного служащего, опрашивавшего вас, о том, что знакомы с погибшей и, мало того, имели с ней конфликт? – Следователь коротко стрельнул взглядом за спину Дарьи – на капитана Коломина.
– Меня не спрашивали, знаю я потерпевшую или нет, – ответила бесстрастно Дарья.
– М-да, это упущение оперативника, – выделив голосом эту фразу, попенял тому самому оперативнику Николай Петрович, позволив себе недовольно скривиться.