«И, что характерно», как говорил известный персонаж в одном нашем культовом фильме, не замужем. По крайней мере, кольца на пальце у неё Александр не обнаружил. А девочки, они такие, они любят свой семейный статус обозначать.
Ну и что он затупил тогда, а? Где его форсаж-атака? – снова спросил себя Вольский."
"И, прокрутив в голове все обстоятельства этой более чем необычной встречи, ответил себе – всё он правильно сделал. Вот если бы эта троица заботливая не прибежала, тогда да, понятно и абсолютно логично, что он предложил бы подвезти её, хотя бы до того же автобуса, а по дороге привёл бы аргументы в пользу того, чтобы сопроводить её до самого дома.
А вот когда появились эти добровольцы-спасатели, комбинация поменялась – теперь Дарья стала как бы вместе с ними, из одной команды.
Вот он и не предложил. Хотя… можно было и забить на все эти марлезоны. Да он бы и забил, расшаркиваться протокольно уж точно не в его характере.
– Ну и что ж ты тогда? – спросил себя Вольский теперь уж вслух.
Да вот то… Хорошая девочка, умная, стрессоустойчивая, с отличным чувством юмора, с внутренним конкретным стержнем – вот поэтому и «вот то».
С такими девушками лёгкие, ненавязчивые коротенькие романчики для души-тела и веселья не заводят – с такими девочками всё как-то сразу всерьёз становится.
А он не готов к серьёзу-то. Пока не готов.
«Таким вот образом оно всё…» – непонятно про что высказался мысленно Вольский чувствуя лёгкую грусть и досаду.
Ну теперь уж что – досадуй, не досадуй, решение он принял.
Да только двигавшийся навстречу ему экскурсионный автобус, определённо ехавший забирать Дарью и остальных членов группы, Саня проводил внимательным взглядом и номерочки-то его запомнил.
Ну так… на всякий, как говорится, ну а вдруг…
Выяснить, из какого города и с какой экскурсией ехал этот автобус, можно влёгкую, а уж там найти-вычислить девушку Дарью – вопрос, решаемый минут за пять… ну десять максимум.
Как только Дарья заняла своё место в автобусе, на неё вдруг накатила жуткая усталость и апатия вкупе с каким-то отчаянным бессилием, да так, что казалось, она не может пошевелить ни рукой, ни ногой.