Последние поняли, что проигрывают налетчикам вчистую. Султан казнит или нет – неизвестно (по крайней мере, вину можно будет свалить на убитых), а если особо активничать, то и сейчас можно получить запросто пулю между глаз.
Поедем, красо-о-тка, кататься,
Давно я тебя поджидал…
Вскинув автомат, ревел медведем Седуксен, стараясь стрелять в такт собственной песне. С грохотом выскочил во двор королевский бронетранспортер «Мамба», который использовался для перевозки султанской короны в дни больших торжеств государства.
Угловатый двухмостовый броневик внешне отдаленно напоминал американский «Хаммер», только с более мощным бронированием, позволяющим экипажу выжить даже при наезде на противотанковую мину.
«Мамба», не сбавляя скорости, мчался к воротам. Седуксен, понимая, что от него требуется, выскочил из своего укрытия и бросился наперерез броневику.
В три гигантских прыжка он выбежал на дорогу; мчавшийся «Мамба», как гончая, вильнув острой мордой, сбавил скорость.
– Ух ты, – переведя дух, воскликнул Седуксен, пытаясь подняться на ноги. – Аттракцион, как на «американских горках».
– Сейчас будет тебе аттракцион, – закричал Сервант, просовывая ствол своего «кольт-коммандо» в стрелковую амбразуру. – По местам стоять и приготовиться к бою, – подозревая, что силы полиции, а возможно, и султанской стражи подошли на помощь гарнизону сокровищницы и теперь ждут их снаружи, громовым голосом приказал бывший мичман.
Седуксен встал у амбразуры с противоположной стороны. Лом, захлопнув кормовую дверь, застыл с автоматом на изготовку, готовый подсобить тому, с чьей стороны окажется больше врагов.
Сидящий за рулем Пых выжал из броневика возможные его сто километров, наскочив на обломки ворот, тяжелая бронированная машина взвилась на полутораметровую высоту и в таком положении, пролетев над подвесным мостом, гулко ударилась оземь.
Громко чавкнули рессоры, когда семитонный автомобиль приземлился на асфальт, еще не успевший с утра раскалиться.
– Вау! – на ковбойский манер радостно заорал Седуксен и с восторгом добавил: – Погнали наши городских.
– В сторону деревни, – в тон ему закончил Лом. Радости не высказывал лишь Сервант, ему казалось, что полицейские засели в одном из ближайших переулков.