Вот я и говорю, коли Матвей не пьет, не родная, значит, он кровь. Зачем ему было квартиру оставлять?
И, уложив на условной талии свои тяжелые, как окорока, руки, она наконец поинтересовалась:
— А зачем вам Матвей-то понадобился? И чего Нюрка вас ко мне через весь город погнала? Могла бы и сама ради такого случая позвонить!
— Дело в том, — произнесла Кира. — Дело в том, что Матвея вчера ночью, а точней сказать, рано утром застрелили.
— И он погиб, — добавила почему-то Леся.
Тетка Матильда выпрямилась в полный рост.
— Вот оно что! — открыла наконец рот тетка. — Значит, квартира брата теперь свободная останется? Вот и славно! И я вам скажу теперь, есть все-таки справедливость на свете! Есть!
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
Раскрыв рот, подруги смотрели на это жирное подобие женщины, которую буквально переполняло теперь ликование.
А он ведь еще тревожился, чтобы уберечь ее от неизвестной беды. Славке перед смертью наказ передавал, чтобы он их тетку спасал.
Да такую жабу поглубже закопать бы надо! Родного племянника, законного там или незаконного, а все равно родная кровь, убили, а ей и горя мало. Хапуга! И дрянь!
Но сияющая тетка Матильда явно не замечала осуждающих взглядов подруг.
— Вот и чудненько! — бормотала она, общаясь даже не с гостьями, а сама с собой. — Надо будет нам с дочей подсуетиться. А то и другие претенденты на квартирку-то появятся.
И, уставившись на подруг, она озабоченно произнесла:
— Одного не соображу, с квартирантами-то мне как быть? С одной стороны, на фиг они мне сдались? А с другой, пока суд да дело, пока я там в наследство вступлю, копеечка-то мне нелишняя будет.