Холли в обличье белки вскарабкалась на дерево, Фрэнки в обличье выдры с невинным видом купался в пруду, а я в облике человека устроился неподалёку в шезлонге.
Мы с напряжённым любопытством наблюдали, как Брэндон приблизился к Мири, смущённо насвистывая, и притворился, будто любуется природой. Так продолжалось довольно долго. Вот уж не думал, что бизоны такие робкие!
– Ну давай уже заговори с ней, – чуть слышно прошептал я – у Брэндона слух очень хороший, а вот стрекозы, насколько я знаю, вовсе без ушей. Наверное, поэтому они и в человеческом облике слышат не слишком хорошо.
Наконец мой друг собрался с духом:
– Ээ-э, привет… Тебя ведь Мири зовут?
– Да, верно, – кивнула девочка, что-то внимательно разглядывая на коре дерева.
– А когда ты узнала, что ты стрекоза?
– Я родилась стрекозой, но потом мне стало скучно быть просто насекомым, – пожала плечами Мири.
Ну, слава небесам, разговор наконец-то завязался! Но вдруг я заметил, что у Брэндона округлились глаза. Девочка с серебристыми волосами что-то поймала.
Брэндон отступил назад.
– Ну, ещё увидимся, приятно было познакомиться, – с трудом выдавил он и буквально умчался в сторону нашей хижины. Мири коротко кивнула, не глядя на него – она разглядывала паутину, висящую между двумя листками, и тут же снова запустила туда руку.
Так эта прекрасная история любви и закончилась, даже не начавшись.
Подружка Тови
Бегство Брэндона увидели не только мы, но и Эстелла.
– Мири из разряда стрекоз, которые питаются пауками, – пояснила она.
– Да, неловко получилось, – сказала Тови, как всегда сидящая у подруги на плече. – Но он хотя бы попытался. А я вот недавно узнала, что много лет назад в меня был влюблён оборотень-ара. И молчал! Вы представляете?
– А ты уже решилась? – спросила Холли попугайчика и вскарабкалась вверх по брюками Эстеллы. – Уже объяснила хозяйке, что она тоже оборотень? Приводи её сюда, в школу.
– Нет-нет-нет, это невозможно! – Тови спрятала головку под зелёное крылышко.
– Ну почему? – прогремела Эстелла и широко улыбнулась. – Холли права.
Тови снова высунула головку и распушила пёрышки:
– Но нас и так всё устраивает. Все думают, что я домашний питомец, это же весело. Может, у неё и нет никакого звериного обличья…
– Да брось, – нарушил молчание Брэндон.