– Тебе лучше согласиться, потому что сегодня мы ужинаем с мамой и Хейлом и он собирается задать ей этот же вопрос, и я, черт возьми, собираюсь обставить его в его же игре.
– Так вот чем для тебя является наша помолвка? Игрой?
Я раздраженно выдыхаю.
– Ну, я хочу сказать, что ты подходящая девушка.
Она хихикает и еще раз целует Пушкина. Мне нравится эта кличка. Будет приятно слышать ее в стенах нашего дома.
– Что ж, ты выбрал идеальное время.
– Это почему же? – Я усмехаюсь.
– Потому что… – Она приподнимает край рубашки.
– Потому что?.. – Я даю понять, что мне нужна подсказка.
Джесси отпускает Пушкина, хватает мою руку и прижимает ее к низу живота.
– Почувствуй.
– Чувствую твердость.
– Это потому, что там растет твой ребенок.
Из моих легких будто выбили весь воздух. Я знал, что скоро это случится. Противозачаточные таблетки больше не лежали на тумбочке, и Джесси на днях спрашивала, как я отношусь к детям. Я решил быть осторожным и попытался уклониться от ответа, поскольку не был уверен, что она не испугается, если я скажу, что хочу их, или не разочаруется в случае противоположного ответа. По правде говоря, я относился к ним нейтрально.
У нас на это ушло меньше месяца.
Вот дерьмо.
Я все еще стою на коленях, когда вижу, что Джесси прикрывает рот ладонью. Дети миссис Би разрешили нам оставаться в их доме, пока они ищут на него покупателей.