Только тогда никто не был осведомлен о том, что метр восемьдесят — это красиво, стильно и вообще открывает прямую дорогу к наизаветнейшей женской мечте — профессии фотомодели, и в классе Марину просто перестали замечать. Сидит и сидит на последней парте некое сутулое существо с крысиным хвостиком серых волос и в очках. Нога тоже выросла — сороковой размер, шутка ли! — и всю розовую юность Марина проходила в папиных сандалиях. Негде было взять туфли сорокового размера — отечественная промышленность не признавала наличия в Стране Советов высоких, худых, длинноногих, толстых, низких, маленьких, коротконогих, длинноруких и еще каких-нибудь.
Зато прическу она сделала себе сама. Едва поступив в институт — поступление означало пропуск в новую самостоятельную жизнь, — она отправилась в парикмахерскую на Новый Арбат, тогда еще Калининский, и за бешеные деньги, рублей пять или семь, отстригла крысиный хвостик под корень.
Бабушка не переживет. Она уверена, что «у девушки должны быть косы». Крысиный хвостик, будучи заплетен в косицу, выглядел ужасно, и, кажется, бабушка это понимала, потому что все время принимала меры для улучшения Марининых волос. Голову мыли кефиром, черным хлебом и яичным желтком — раз в неделю. Чаще нельзя, вредно.
Эффект от всего этого шаманства был сомнительный, но… остричь волосы?! У девушки должны быть косы!"
"Хвостик неслышно упал на пол, и приставить его обратно не было никакой возможности — если бы была, трусиха Марина непременно приставила бы! — и пришлось довериться мастерице, которая мрачно кромсала Маринины волосы.