— он сделал упор на слове, «девушка».
Я снова хотела что-то сказать, но он не позволил.
— Сегодня заключительный бой, на этой арене. Потом две недели меня не будет в городе. Я должен быть на выездных боях. — он откинулся на кресле и посмотрел куда-то в сторону, как бы мимо меня. — Насладишься своей свободой как и хотела. Ты ведь об этом мечтаешь, Таня. Избавиться от меня….
Я пропустила это выражение мимо ушей, даже скривилась. Но мы оба понимали, что парень прав.
Когда мы с Машей и Стасом оказываемся в ненавистном клубе, в котором проходили бои без правил, я чувствовала себя так паршиво, словно меня привели на казнь.
Не понимаю Машкин восторг от этого места, ведь судя по её загоревшимся глазам, и необычному, маниакально- веселому состоянию, она не просто рада что оказалась здесь в это время, нет, она нереально счастлива от этого факта.
Но тут нечему удивляться. Это же Машка.
Моя подруга Машка. Та самая, чиканутая на всю её маленькую головку, подружка.
Все события вечера проносятся мимо меня. Я ничего не вижу и никого не замечаю, все мысли исключительно в телефоне, в котором я смотрю доброе кино. Не знаю каким уж боком, но эта мелодрама позволяет хоть немного расслабиться.
Собственно, не она одна. Ещё и три бокала мохито, которые огромный бугай, судя по всему друг Кирилла, приносит мне из бара, тоже играют свою роль.
И пока Машка и Стас оживленно обсуждают нечто происходящее на сцене, я отстраняюсь от этого всего.
И когда Машка пытаясь заставить меня смотреть на сцену, и говорит, что выступает Кремень, я игнорирую её слова и продолжаю смотреть фильм.
Внезапно ощущаю на себе прожигающий взгляд. Он не идет со сцены, нет, это кто-то другой, следит за мной из зала.