— Потеряла товарный вид, — сухо ответил Ферд, и все Линины планы пошли прахом.
— Хм, — хмыкнула она, не зная, что еще сказать. Возвращать молодость не умели даже белые маги.
— И пьет, — добавил сыскарь, окончательно лишая Линетту иллюзий.
И ей осталось только вздохнуть. Что она могла? Алкоголизм магией не лечится. Помочь финансово? Раз, другой — если уж Айрторн собрался кормить завтраками и ужинами всех соседей, то можно было бы сэкономить некоторую сумму из жалования. Но что потом?
— Вон тот дом, — указал Ферд на одноэтажную — по-другому не скажешь — развалюху с покосившейся крышей и лишенным дощечек забором.
— Они хотя бы сажают огород, — заметила Линетта, проходя в вежливо открытую перед ней мужчиной калитку.
— Этим и живут, — откликнулся тот. — Эй. Хозяева, — крикнул уже громче. Собаки во дворе не обнаружилось, и Лина решила, что это из-за того, что скотину тоже нужно кормить. — Хозяева, — И тише, персонально для Линетты — тихо, но строго, предупреждающе: — Начнет жалиться на то, что никуда не берут на работу, не верьте.
Лина понятливо кивнула.
* * *— Госпожа светлый маг?
Первым из домика выскочил Моррен, без куртки и в вязанных носках вместо обуви. Он тащил за собой за руку белокурую девчушку лет трех-четырех. Девочка, одетая не по погоде в легкое платьице и с голыми ногами выше несоразмерных ее маленькой ножке ботинок, сонно терла глазки чумазой ладошкой. У Лины защемило сердце.
— Привет, Моррен. — Она заставила себя улыбнуться. — А я к тебе, хотела убедиться, что с тобой все в порядке.
— В порядке, госпожа. — Отросшая челка упала на глаза, и мальчику пришлось дернуть головой, чтобы ее откинуть. — Мамка спит, — уже не так дружелюбно сказал Моррен, глядя поверх плеча Лины на остановившегося там сыскаря. — Будить? — с вызовом и со взглядом из-под нахмуренных бровей.
Контраст этого хозяина дома, главы семьи, с тем мальчиком, которого она встретила ночью на берегу моря, замерзшего и испуганного, был разительным.
— Не нужно, — откликнулся Ферд. — Я всего лишь проводил к тебе госпожу Деверо. Если мне что-то понадобится, я вызову вас с мамой повесткой, — он разговаривал с мальчиком по-взрослому, на равных. Что Лина полностью одобряла — сюсюкать сейчас было бы неправильно.
— Вы же замерзнете, — вдруг спохватилась она и начала торопливо развязывать шнурок под своим горлом.