Линетта широко расставила ноги, чтобы наверняка не поскользнуться на мелких камнях, и позволила темному навалиться на себя почти всем своим весом. Подвернутую лодыжку снова опалило болью.
Клацающий зубами труп тем временем получил корягой еще один удар в грудь. Отлетел, поднялся и снова попер вперед.
Черный огонь, сорвавшийся с ладони Ренье, сжег его почти мгновенно.
Бросок, вспышка… и тишина.
Ферд выругался повторно и бросил оттягивающую руки корягу на землю. Его усатый помощник громко выдохнул и утер рукавом пот со лба.
— С вами все в порядке? — обеспокоенно спросила Линетта, все еще поддерживая пострадавшего темного мага. Несмотря на то что она сейчас касалась его, дар целителя предательски молчал.
Ренье же вместо благодарности за спасение своей жизни одарил напарницу ненавидящим взглядом.
— Все из-за тебя… д-ду… ра…
ГЛАВА 5"
"Линетта сидела в зале ожидания Гильдии магов и кусала губы. Было обидно до слез. И жаль испорченное платье. Да, именно из-за платья ей и хотелось рыдать, отчего же еще?
Зато сейчас широкая юбка неуместной на службе обновки пришлась очень кстати, позволив Лине забраться на один из сцепленных между собой стульев с ногами и, натянув подол до самых пят, обнять руками колени.
А вот сослуживцев, как назло, имелось в избытке: утро — начало дневной смены. Планерка с главой гильдии откладывалась, так как тот заперся с Ренье в своем кабинете, и народу в зале ожидания набралось немало.
Линетта вздохнула глубже в надежде, что он поможет перебить вонь разложения, которая теперь мерещилась ей на каждом шагу и будто поселилась в носу. Хотелось поскорее оказаться дома и помыться — смыть с себя этот запах и всю прошлую ночь. А еще выбросить платье — непременно выбросить, обойдется на празднике без него.
Лина никогда не была модницей — средства не позволяли. Вещи предпочитала темные, немаркие и практичные — чтобы выглядели невызывающе и долго носились. Однако приближался праздник Середины осени, который в Прибрежье отмечали чуть ли не с большим шумом, чем день рождения короля Лионара. В прошлом году, только приехав сюда, она выглядела белой вороной в своем скромном наряде среди пестрой, празднично одетой толпы. А выделяться Лина не любила.