Раньше никогда не решилась бы спросить об этом вот так, в лоб, но усталость и потрясение сегодняшней ночи настолько опустошили ее, что начисто стерли такое понятие, как стеснение.
Маг удивленно моргнул.
— Киррен. Киррен Тант, — тем не менее представился.
— Линетта, Линетта Деверо, — повторила она в той же манере, будто они и вправду только что встретились впервые.
Взгляд Танта стал еще более изумленным.
— Я знаю.
Повисла пауза, и Лина таки почувствовала себя неловко. Он ее знает, а она его нет. Как так вышло?
В ответ она лишь криво улыбнулась и отвернулась к узкому зарешеченному окну.
— Это правда, что ты одна собрала его по кускам? — неожиданно прозвучавший голос заставил ее повернуться. Неожиданно, потому что Линетта была уверена, что разговор окончен.
Керрен Тант управился с ширмой и теперь стоял у ее койки, убрав руки в карманы брюк и покачиваясь с пятки на носок в ожидании ответа.
Лина нахмурилась. Хотела сказать что-нибудь колкое про куски и их собирание, но передумала. Кому, в конце концов, какая разница, как тот выразился? Они же поняли друг друга.
— Правда, — подтвердила она.
— Это колоссальная работа, — сказал Тант.
Линетта удивленно всмотрелась в его лицо, но нет, он не издевался и не подшучивал — по-прежнему серьезно смотрел ей в глаза.
Откровенно говоря, Рой все равно не выжил бы, если бы не поднятый по тревоге отряд целителей — уж слишком серьезные были повреждения.
И тем не менее похвала коллеги была приятна, потому что действительно являлась заслуженной. Да, она не совершила чуда, вылечив пострадавшего одним прикосновением, но сделала все, что могла, и теперь Рой будет жить.
Лина поняла, что вот-вот опять расплачется, и поспешила снова отвернуться к окну.
Догадавшись, что она сейчас не расположена к беседам, Тант тактично ретировался.
— Отдыхай, — произнес вместо прощания и вышел за дверь.
А Линетта сползла по камню, по нелепому недоразумению названному подушкой, вниз и повернула голову в сторону ширмы.